Следствие ведут знатоки

Я использовала шкатулку, которую она держала при мне.

— Та-ак…

Знаменский довольно долго ходил по тесному кабинету, а в голове наперегонки бежали мысли. Наконец остановился.

— Зиночка, вот ты красивая, умная женщина.

— Талантливый криминалист, — подсказала Кибрит.

— Нет, криминалистику побоку. Просто как женщина. По-твоему, что ею движет?

— Да ведь ты уже набит версиями.

— Выше головы.

— Что она любит Шутикова — есть?

— Есть.

— Что имеет зуб на мужа?

— Есть.

— Что ее кто-то принуждает, шантажирует!

— Есть.

— А нет ли такой версии, что у нее сложно и нестандартно и здесь, — притронулась Кибрит ко лбу, — и здесь, — указала на сердце. — Может быть, в ее жизни — мы не знаем почему — настал момент, когда она должна была сделать выбор?

Знаменский задумчиво почесал переносицу. На пьющих мужей жены заявляют. На тех, которые дерутся, гуляют. Но те, что воруют, тащат в дом и покупают жене, чего душа пожелает, — этим супружеский донос не грозит… если нет иной уважительной причины.

Томина не заметили, он громко кашлянул, возвещая о себе. Кибрит вздрогнула.

— Шурик, у тебя несносная привычка подкрадываться, как кошка.

— У Томина масса несносных привычек, но зато он принес вам в клювике преинтересную бумажку! Я посетил тещу Шахова — представился работником коммунального хозяйства — и получил от нее заявление о починке унитаза. Отпечатала собственноручно на машинке «Москва». Сравни с анонимками.

Кибрит внимательно прочла заявление.

— Та самая машинка!

— Но должен тебя разочаровать — теща немолода, маникюра не носит, волосы светлые с проседью.

— Шурик, под рубрикой «Коротко об интересном» — анонимки, судя по отпечаткам, писала Шахиня!

— Это ты вчера?! Зинаида, нет слов! Пожалуй ручку!.. Ну, теперь Паша ее прижмет!

Шай-бу! Шай-бу! Публика жаждет, а у нападающего ноги разъезжаются врозь. Не понимал Знаменский, как ему Шахиню прижимать и будет ли он прижимать…

12

В повестке проставлено 16 часов, сейчас без четверти. Он прослушивал запись своего разговора с тещей Шахова:

«Я — мать, считается, что мы всегда необъективны, но разве он — муж для порядочной женщины? Сколько раз я Леночке говорила… — пауза, сморкание.

Монолог длился, женщина вспоминала детство дочери, юность.