Скелет из пробирки

– Пока не объясните, не скажу ни слова!

– Вы знаете, кто на фото?

– Да, – кивнул Герман Наумович, – но пока не услышу от вас хоть каких-нибудь разъяснений, не открою рта. Вам придется ответить на мои вопросы! Кто вы?

– Журналистка Виола Тараканова, вот мое рабочее удостоверение.

– Паспорт с собой?

– Конечно.

– Покажите.

Удивленная до крайности, я вытащила бордовую книжечку и подала старику. Тот внимательно изучил его и протянул:

– Прописка московская, штамп стоит.

– Вы посчитали меня иногородней?

– Откуда у вас это фото?

– Нашла в архиве лагеря Горнгольц.

Герман Наумович вскочил, подбежал к плите, схватил спички и попытался закурить. Но спички ломались. Наконец старику с трудом удалось закурить."

"– Архив лагеря Горнгольц считается утерянным. Я несколько лет искал его, хотел получить компенсацию, но везде натыкался на фразу: документы отсутствуют.

– Да, действительно, – я принялась терпеливо объяснять суть дела, – но я ведь уже говорила, что он содержится в «Подлинных документах», в каталоге карточек нет, я случайно наткнулась на ящики.

– Откуда у вас фото? – повторил Герман Наумович.

– Говорю же, из архива!

– Там что, остались личные вещи офицеров-медиков? – изумился старик.

– Нет, – покачала я головой, – ни одежды, ни обуви, ни книг я не видела, хотя, может, и лежат где-нибудь. Знаете, сколько в этом архиве полок! С ума сойти! Все никогда не изучить, пяти жизней не хватит! Я добралась только до нескольких ящиков с надписью «Горнгольц», и в одном нашлись бумаги полковника Фридриха Виттенхофа.

– Кого? – подскочил Герман Наумович, снова резко краснея.

– Фридриха Виттенхофа, – терпеливо растолковывала я, – полковника, начальника лагеря Горнгольц, главного мучителя людей, вы же о нем упоминали. У него еще имелась дочь Бригитта, любящая издеваться над несчастными.

Герман Наумович кивнул.

– Такое забыть невозможно.

– Скажите, это они?

– Кто?

– Бригитта и Фридрих Виттенхоф? Сделав маленькую паузу, старик ответил:

– Да!

Я вскочила на ноги.