Скелет из пробирки

– Мальчишки здорово похожи, – радовался один из хирургов, – получится почти чистый эксперимент!

Неизвестно, в чем тут было дело, может, Герман, питавшийся лучше других несчастных, оказался более крепким, или его организм изначально был крепче, чем у несчастного Янека, но Герман выжил, а к восемнадцатому числу даже сумел встать.

Статус помощника санитара с него не сняли, поэтому где-то около пяти часов девятнадцатого апреля мальчик, постанывая от боли, направился на кухню, где питались капо.

Еле живой от усталости, Герман добрался до кухни, но только он потянулся к шкафчику, как резко зазвонил висевший в коридоре телефон. Мальчик замер, слушая, как дежурный коротко отвечает:

– Да, да, да, есть! Потом раздался крик:

– Всему составу срочный подъем, русские на границе Горн-гольца!

Герман с испугу нырнул в огромный шкаф и сел за мешком с мукой.

– Забирать только часть «кроликов» из барака ""А"", остальным немедленно сделать уколы фенола.

– Капо не сажать в машины!

– Архив! Грузите бумаги.

– Мы увезем документы, – вклинился голос полковника Фридриха Виттенхофа, – как капитан, я покину корабль последним и прихвачу ящики. Быстрей, времени нет!

Вдруг повисла тишина. Герман, напуганный до последней стадии, судорожно обнимал куль с мукой.

– О господи, малец, вылазь!

Это пришло спасение!

Вспоминая пережитое, Герман Наумович разволновался, его лоб покрылся капельками пота. Я вытащила из сумочки фотографию и положила на стол.

– Извините, я понимаю, что своими вопросами доставляю вам ненужные волнения, но скажите, вы не знаете, кто запечатлен на снимке?

Герман Наумович взял карточку и резко побледнел.

– Откуда у вас это?

Я посмотрела в его взволнованное лицо и заколебалась. Все-таки Герману Наумовичу много лет, да и здоровье у него, наверное, несмотря на хороший внешний вид, не богатырское. Стоит ли пугать старика рассказом о том, что знаю?

Ладожский стукнул кулаком по столу.