Сиреневый туман

Наконец, она глубоко вздохнула и, закрыв глаза, словно в изнеможении откинулась на спинку стула. Промолчав чуть не минуту, нутряным голосом произнесла:

— Кроме креста, ничего не вижу.

— Какого, кладбищенского? — мигом ухватился Слава.

— Не знаю. Возможно, у этого мужчины под одеждой… на груди висит крест, — не открывая глаз, с тяжелым придыханием ответила Оксана.

На этом то ли чревовещательный, то ли спиритический — Слава так и не понял — сеанс Черноплясовой закончился. Несмотря на настойчивую просьбу Донцова она больше ни слова ни о Софии Лазаревне, ни о Казаринове не сказала.

"Поговорив за чаем о разных мелочах, Голубев с Донцовым направились восвояси. Когда они вышли на веранду, провожавшая их Оксана внезапно вспомнила:

— Саша! Не забудь завтра съездить за сигаретами. Возьми четыре блока «Кэмэл». Сейчас денег тебе дам…

Черноплясова ушла в дом. Через какую-то минуту вернулась и протянула Донцову пачку новеньких двадцатипятирублевок.

«И тут сиреневый туман», — тоскливо подумал Голубев, а когда вышли за ограду дачи, торопливо спросил Донцова:

— Григорьич, откуда у Оксаны новенькие четвертные?

— Замызганными деньгами Оксана брезгует.

— Не фальшивые?

— Ты что, мой друг! У Оксанки такие заработки, которые простым людям и во сне не снятся. Завтра к вечеру из Кемерова тысяч пятнадцать — двадцать привезет.

— Круто жирует… — вздохнул Слава.

— Ничего, кроме раздвоенной березы и креста.

— Слушай, а поблизости от Родниково нет раздвоенных берез?

— Это как? — не понял Донцов.

— Вот так? — Слава растопырил указательный и безымянный пальцы.

Донцов задумался.

— Есть такие березки! — вдруг сказал он.

Голубев даже остановился:

— Где, Григорьич?!

— Не очень далеко. Нынче весной я березовым соком запасался. Когда искал посочнее березки, удачный фотоэтюд сделал.

«Альбом» оказался толстой конторской книгой с наклеенными в нее газетными вырезками опубликованных фотоэтюдов А. Донцова. Сторож-репортер, быстро полистав страницы, показал Голубеву снимок с подписью «Сестры-близнецы». На снимке крупным, планом были изображены весенние, без листвы, раздвоившиеся у комля почти одинаковые березки. В их развилке на заднем плане темнели кудрявые сосны.