Шипы в сердце. Том первый

Мысль о том, что он может вот так, запросто, прийти в клуб, чтобы «потанцевать», казалась мне чем-то из области фантастики.

— Не думала, что ты любитель таких мест, — говорю я, когда официант ставит перед нами ведерко со льдом, в котором уже охлаждается бутылка шампанского.

— Я и не любитель, Барби, — он усмехается, и его глаза в полумраке блестят как-то по-особенному хищно. — Но Лори умеет быть очень убедительной. Особенно когда обещает, что Шутов будет вести себя прилично.

— Врешь ты все, Авдеев, — тут же вклинивается в разговор сам Шутов, усаживаясь на подлокотник кресла рядом с Лори.

Я давлюсь шампанским. Лори громко смеется, а Вадим… Вадим просто смотрит на меня. Тем самым своим взглядом, от которого у меня внутри все переворачивается и плавится. И я готова поклясться, что на мгновение в его глазах промелькнула мысль: «А это идея».

Мы болтаем. Точнее, в основном говорят они — Лори и Шутов.

— Авдеев, ты реально когда-нибудь напьешься, как нормальный человек? — не унимается он, хотя сам тянет буквально «два пальца» виски уже третий час подряд. — Ты в курсе, что быть таким упоротым трезвенником — пиздец стрёмно?

— Кто-то же должен быть трезвым, чтобы везти домой три бесчувственных тела, — парирует Вадим, даже не меняясь в лице.

— За это я выпью! — Лори поднимает свой бокал.

Мы пьем. Я пью, чувствуя, как приятное тепло растекается по телу, как пузырьки шампанского щекочут язык и немного туманят голову. Мне хорошо. До неприличия, до почти физической боли хорошо. Сидеть вот так, в компании его друзей, которые уже не кажутся чужими, чувствовать его присутствие рядом — не руку на талии, не обжигающий взгляд, а просто его.

— Кристина, кажется, нам пора пойти растрясти наши прекрасные булки. — Лори вскакивает с места, ее глаза блестят азартом. Музыка внизу как раз сменяется на что-то более ритмичное, заводное, такое, под что невозможно усидеть на месте.