Шипы в сердце. Том первый

— Да все ты понимаешь, деточка, — отмахивается Гельдман. — Дай-ка угадаю — Вадик, лошок, не в курсе, кто на самом деле «Кристина Барр»?

Он знает. Он все знает.

Чуда не случилось.

А я даже не знаю, что ему сказать, потому что ответ на этот вопрос только один — нет, он, конечно, не знает.

— Ну и что — он уже развязал язык? — Гельдману, очевидно, по фигу на мой ответ, потому что он у него уже и так есть.

— Вы ошибаетесь, — мой голос дрожит, но я стараюсь придать ему хоть какую-то твердость. — У нас с Авдеевым просто секс.

Мне так адски больно это говорить.

Горло натягивается, слова выходят толчками.

Я знаю, что должна сказать именно это. Прикинуться дурочкой, которую вполне устраивает роль содержанки, потому что так есть хотя бы небольшой шанс убедить Гельдмана, что с меня взятки гладки. Но ведь… это правда, да? Есть же какая-то «Лоли».

Гельдман слушает не особо внимательно. Даже не особо пытается делать вид, что верит.

Или это просто я разучилась быть хорошей лгуньей?

— Другая женщина? — он задумчиво повторяет. — Ну и кто же эта счастливица, не знаешь?

— Понятия не имею. Он не делится со мной такими подробностями.

Мне кажется, на этот раз я более убедительна, но Гельдман сокрушенно вздыхает и качает головой.

— Не верю, Крисочка. Не верю. Ты всегда была умненькой девочкой. И очень амбициозной.

Несмотря на то, что он как будто хвалит, я чувствую себя щедро измазанной дерьмом каждый произнесенным словом.

— Пытаешься провернуть какую-то свою комбинацию? — размышляет вслух, поигрывая бокалом с коньяком, и стук льда внутри противно щелкает по моим раскаленным нервам.

Его голос становится тише, но в нем появляется сталь.

— Или хочешь отомстить за смерть отца? — Гельдман подается вперед, его пристальный взгляд тисками хватает мое лицо.

Даже шея немеет — не отвернуться.