Шипы в сердце. Том первый

Потом медленно перебрасывает ногу через заграждение, усаживаясь ровно так, когда у меня не остается выбора, кроме как положить руки ей на бедра.

— Вот видишь, — едва ли не впервые смотрит на меня сверху вниз и наслаждается триумфом, — мне не обязательно усаживаться верхом, чтобы заполучить твои руки там, где нужно.

— Отличный план, коза, и главное — целиком твой.

Мы снова пикируемся взглядами. Несколько секунд, прежде чем до нее доходит, что она снова попала в грамотно расставленные силки.

— Самоуверенный мудак. — Забрасывает руки мне на плечи, подается вперед, сползает, вешаясь на меня как обезьянка.

Реально до сих пор не понимаю, как она вывозит мою тушу. Я, конечно, сдерживаюсь, но она ни разу ни на что не жаловалась, хотя в моей жизни были женщины — заметно крупнее Барби — которые охали и ахали буквально во всех позах.

— Ты выглядишь как будто тебя срочно нужно бросить в стог сена, — говорю немного охрипшим голосом, потому что в принципе, почти готов это сделать.

— У тебя в голове только одно, — Крис снова краснеет, но и не думает прятать взгляд.

— Нет. Еще у меня в голове кофе. Но ты всегда на первом месте.

Она смеется. Настоящим, искренним смехом. И, наверное, именно в этот момент я окончательно понимаю, что мне с ней хорошо. Не по формату, не потому что красивая, не потому что молодая. Просто… хорошо.

Мы остаемся на улице еще с полчаса. Потом я бросаю:

— Голодная, Барби? Будет стейк и овощи.

— Не слишком ли круто для вечера? — Но по глазам вижу, что такое меню как раз в ее вкусе. У нее вообще абсолютно здоровый аппетит, и для меня это тоже в «плюс» — не люблю вымученно страдающих женщин, которые выставляют салатный лист на тарелке как за повод получить медаль, но при этом хлещут вино бутылками."

"— Ну или я съем кусок мяса с кровью, коза, — нарочно немного наклоняю ее на себе, чтобы она плотнее обняла мою шею, и мягко стукнулась носом об мой нос, — или мне придется сожрать тебя.

— Отлично, — ее голос становится по кошачьи мурлычущим, а задница уже выписывает в моих ладонях нетерпеливые восьмерки, — к черту мясо, я вкуснее.

Блядь.

Мой мозг моментально переключается в режим активного поиска места, где ее можно натянуть прямо сейчас.

Телефон в кармане вибрирует. Я забиваю хуй.