Сезон охоты

– Сейчас… – в этот раз это произношу я.

– Прозреваешь, Аягтай Боо, – шепчет в ответ Мара.

– Что я чувствую?

– Информационную волну помех. Интуицией, своей шишковидной железой, которая, как ты и утверждал, атрофирована у обычных жив.

– Моя физиология иная?

– В едва уловимых мелочах. Дух преобразует плоть.

Выстрел. Разбегающееся в пространстве эхо. Значит, стреляют на улице. Но у меня явственное ощущение, что над нами, в комнате Игоря. Быть может, в окно??

Ещё один. И ещё один. Подскакиваю.

– Спокойно.

– Почему?

– Ярчуки не переносят вороньё.

– Я боюсь, что выстрелит в тебя.

– Рано или поздно это неизбежно. Сорвётся.

– Он действительно теперь ярчук?

– Нет, но будет иметь кое-какие его слабости и сидхи.

– Развоплощать?

– И ненавидеть детей Хаоса.

– В чём ловушка? Ведь ты же наверняка расставила ловушку для него.

С ухмылкой нажимает мне пальцем на лоб между глаз.

– Что будет, если поселить в одно тело-пространство нейтрино и антинейтрино, плюс и минус, хаос и порядок?

– Аннигиляция?

– Верно.

Ещё один выстрел. И этот не в ворону. Крик стоит человеческий. Подлетаю к окну. Возле одного из наших бойцов опять толпятся. Он лежит.

Стук в дверь. Филин.

– Мара… Сделай что-нибудь!

– Я незаинтересованное лицо, – пожимает она плечами.

– Люди умирают.

– Люди смертны.

На лице Филина отпечатывается ускоренная работа мысли.

– Все полягут?

Мара пожимает плечами.

– Печаль… – вздыхаю я.

– Ты обещала нас отпустить, шаманка! – качает головой Филин.

– Да. И я это сделаю. Не обессудьте за способ. А ты, Филин, помни – ты функция! Ты страж! Смотри внимательно во все свои глаза и береги хозяйку.

– Подожди. Ты же сказала – Ивана!

– Ивану ты больше не нужен.

– Гала?

Мара величественно кивает с улыбкой на губах.

– И… Филин.

– М?

– Не забудь поставить на место шезлонг, – выразительно прищуривается она и закрывает дверь перед зависшим в недоумении Филином. Стягивает со стола что-то съедобное. Жуёт. Проглатывает.