Секс-няньки по соседству

Не хотят скандалов с дочерью умершего генерала."

"— Я не обижена, Захар, я бесконечно зла, — шиплю я на этого благородного рыцаря, который судя по тону собирается выбросить белый флаг. — Я в бешенстве. И сделаю все, чтобы шестерок моего отца в этом доме не было!

О, нет. Вижу, что с последней фразой переборщила. Наблюдаю за тем, как он обдумывает мои слова и что-то резко меняется в нем.

Сажусь перед ним и медленно отползаю. А он поднимается во весь свой огромный рост. Заслоняет собой весь свет. Скалится и начинает расстегивать ремень.

Неужели снова будут лупить? Изверги!

Подмечаю, что все-таки улыбка у него как у ангела. Завораживает. Но не сулит ничего хорошего. И она не вяжется с его опасной профессией.

Такой вот хищник, способный озарить тебя привлекательностью и намертво вцепиться в глотку. Обманщик.

— Что, что ты делаешь, — лепечу я и отползаю все дальше. Натыкаюсь на изголовье кровати, нервно смотрю по сторонам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Куда бежать-то? И надо ли вообще пытаться.

— Предоставляю тебе единственную возможность избавиться от нас с Ренатом… раз и навсегда.

Не верю ему. Захар — как змей искуситель.

— Я не уверена…

— А я уверен, раз ты даже замуж готова выйти. Значит ты готова на все? — сдергивает он ремень, отшвыривая его на пол.

Звук брякающей пряжки бьет по оголенным нервам.

— Захар, я не понимаю, — пытаюсь образумить его и свои гормоны, что от вида твердого пресса зашкаливают.

Пытаюсь на него не смотреть, чтобы просто поговорить, но плохо получается. Глаза так и липнут к его телу.

— Ты чего творишь?! — заходит Ренат, очевидно уже распрощавшийся с моим гостем.

И я кидаю на него молящий взгляд. Ведь он же разумнее. Он должен остановить Захара, что уже оголяет свой ствол, судя по всему, готовый к бою.

Господи. Он это правда серьезно? Или шутка такая?

— Присоединяйся, Друг. Пора, — кидает на него тяжелый долгий взгляд, иногда кажется, что они могут понимать мысли друг друга.

— Какую? — хмурится Ренат, оставаясь в стороне.

Опасно замирает. А у меня по спине стекают капельки пота.

Потому что я боюсь согласиться на эту сделку.

— Она сейчас подставляет нам свои дырки, — медленно начинает он, а меня охватывает жар. — Она остается девственницей и после этого нас здесь не будет. Пусть творит, что хочет. Заебала.