Секрет

Бабуля уже возится на кухне и строгим взглядом отправляет меня в душ, стоя на страже только что сваренного супа с фрикадельками и вареников с соленым творогом. Я знаю, что именно такое у нас сегодня меню, потому что это я люблю больше всего и она всегда меня балует.

Но даже фрикадельки не спасают мое стремительно тающее настроение, потому что Антон молчит. Я уныло ловлю ложкой мясные шарики, уговаривая себя, что уже одиннадцать и «рабочий день» Моего Мужчины начался, а он же очень-очень занят. И все, что мне остается – ждать вечера.

— Танюша, что случилось? – спрашивает бабуля, когда я отодвигаю от себя почти нетронутую тарелку.

— Я влюбилась, бабуля, - вздыхаю, подпирая голову кулаком. Кусок в горло не лезет.

Моя любимая Татьяна Федоровна быстро меняет дислокацию блюд на столе, и в считанные минуты готовит глинтвейн, который разливает в старые стаканы с серебристыми подстаканниками. Открывает коробку конфет и говорит:

— Рассказывай."

"У нас с ней есть секреты, о которых не знает никто, потому что бабуля хранит мои тайны надежнее, чем несгораемый сейф.

— И в чем дело? – после моей исповеди, интересуется бабуля. Логично, что если бы все было хорошо, я бы не рыдала в обнимку с тазиком вареников.

— Он немножко старше, Татьяна Федоровна.

— Прямо так уж немножко, Татьяна Владимировна? – улыбается бабуля. – Лет на пять?

Мотаю головой.

— На десять что ли? – уже серьезнее говорит бабуля.

И я снова отрицательно качаю головой.

— На тринадцать, бабуля.

Пока она подсчитывает в голове возраст Моего Мужчины, я нахожу его профиль в инстаграм – и там есть свежее фото, выложенное примерно минут тридцать назад. Вид сзади, в зеркало. Лица не видно, зато спина… Я растекаюсь по столу, как разлитый кисель и протягиваю бабуле телефон. Она у меня продвинутая, и под моим чутким руководством научилась пользоваться не только смартфонами с сенсорными экранами, но и компьютером, и серфить в интернете.

То есть у него было время сделать эту фотку, но не было времени написать мне? И даже ответить.

— Красивый, - выносит вердикт бабуля.

— А еще у него такой голос, - умираю я, заедая тоску конфетой. – Антон думает, что я очень маленькая для него.