За руку с ветром

Я, конечно же, очень хотела, и когда мы поднялись на второй уровень и подошли к двери, ведущей в его комнату, на какое-то время мне почудилось, что Дэн сейчас сидит там, в своей комнате, ждет меня, а я войду и увижу его, подбегу и обниму. А он закружит меня в воздухе и рассмеется, спросит: «Ну как тебе моя шутка?» Увы, Смерча там не было. И впервые я побывала в его спальне в его отсутствие.

– А вот и комната нашего Дэнси, – сказала Лера, открывая дверь. Она явно хотела утешить меня, поэтому и повела сюда.

Я не без опаски шагнула в большое светлое помещение с огромным французским окном, словно в святая святых.

– Как тут здорово, – произнесла я, осторожно ступая по дорогущему мягкому ковру нежного цвета топленого молока с замысловатыми коричнево-изумрудными узорами по краям и овалом посредине, в котором были вышиты какие-то слова и лицо красивой девушки.

Я огляделась по сторонам, чувствуя себя девочкой, попавшей в обитель загадочного волшебника. Много свободного пространства, света, стекла, прямых и плавных линий давали чувство свободы, которая обычно появляется не в стенах квартиры, а на природе. Да еще и чудный вид из огромного окна добавлял ощущение свежести.

Мебели в спальне Дэна было не слишком много: широкая кровать, заправленная белоснежным покрывалом, стол с креслом и компьютерной техникой, элегантный, во всю стену, стеллаж с книгами, уходящий под самый потолок, огромный, во всю стену, зеркальный шкаф. Но все это было одного светлого естественного оттенка и очень гармонировало друг с другом. Беспорядка тут не наблюдалось. Да и не мудрено, Смерчик ведь лежал в больнице.

– Да, у нашего Дэнси неплохой вкус, – улыбнулась Лера. Она остановилась около окна, из которого открывался потрясающий вид на парк, город и крутой берег блестящей на солнце реки.

– Ага…

– И на девушек тоже, – подмигнула Лера мне и подошла к столу, чтобы поправить на одной из полочек стоявшие неровно книги и модельки самолетов, которыми, видимо, увлекался Смерч – на стеллаже им отводилась целая полочка. А у нас в гостях он Саше сделал целую бумажную эскадрилью.