Сделка

– Признайтесь, вы чем-то провинились и вас отправили в ссылку?

Она переливчато рассмеялась, я тоже улыбнулся.

– Вроде того. Хотя у вас тут не так уж и плохо. Природа. Воздух свежий.

Она фыркнула.

– А вы, Елена Анатольевна? Давно в пансионате?

– О, никакого отчества, прошу, – поморщилась Мещерская. – Зовите меня просто Елена. У нас здесь своя атмосфера, почти домашняя. Я приехала в Золотой луг два года назад.

– Из Петербурга?

Она снова рассмеялась.

– Если бы. Нет, я никогда не бывала в столице и всю жизнь провела в наших таежных краях.

Но вы правы, здесь не так уж и плохо. Кормят вкусно.

Я вежливо улыбался, поглощая завтрак и рассматривая собеседницу. И правда красивая. Эффектная. И молодая, едва ли старше меня. Странно, что такая женщина согласилась на роль учительницы домоводства в богом забытом углу. Хотя, может, и у нее были на то причины. Сбежала от нежеланного жениха или вынуждена содержать семью. Разное случается, мне ли не знать.

– А остальные учителя? – придвинул я чашку чая.

 – Давно здесь?

– Глафира и Модест уже давно, кажется, еще с снования пансионата, они начинали вместе с Елизаветой. Наш неуклюжий учитель танцев уже лет десять, а Гектор приехал примерно в одно время со мной.

Я кивнул. Выходит, из новичков здесь лишь я.

– Ясно. Значит, лишь с историком пансионату не везет.

– Верно. Знаете, Лизавета была против нового учителя.

Я хмыкнул. Да она и сейчас против!

– Мы ведь вполне могли обойтись своими силами, невелика наука. Здесь готовят не фрейлин для императрицы и не статс-дам, как вы понимаете.

Наши воспитанницы всего лишь должны обладать некими умениями, чтобы помогать мужьям вести дом и хозяйство. А новый учитель – это всегда такое… – Она щёлкнула пальцами, подбирая слово. – Беспокойство. Для учениц. Так что мы не хотели… но назначение пришло из самого Петербурга, пришлось Лизавете смириться. Правда, мы не ожидали, что вы будете таким…

– Каким?

Она осеклась, вдруг сообразив, что смотрю на нее в упор.

– Мм… мужественным. И молодым. Лизавета просила прислать учителя не моложе пятидесяти лет.

Я кивнул, размышляя. И чем нашей настоятельнице не угодил мой возраст? Впрочем, ответ был. Ученицы могут увлечься, а это тоже лишнее беспокойство. В чем-то Елизавета, конечно, права. Однако тот, кто послал меня сюда, обладает изрядными связами, раз сумел выдать мне нужное назначение, да еще и в обход пожеланий настоятельницы.

И снова возник вопрос – зачем.