Сделка

Озёрница зашипела- заверещала, показывая острые зубы, ее хвост истошно забил, окатив меня водой с ног до головы. Тяжеленная-то какая! А с виду кажется совсем тонкой!

– Слушай сюда, красавица, – рявкнул я. Русалка удивленно захлопнула жуткую пасть и попыталась кокетливо стрельнуть глазами. – Если хоть кто-то из вашей братии тронет ее, – указал на Катю, – выловлю вас всех и на уху пущу.

Я приблизился лицо к щелкающей зубами морде. Ни страха, ни удивления не было, видимо, Полоз и правда что-то во мне изменил.

– Ясно?

Разжал кулак, и шлепнувшаяся в ил озёрница торопливо уползла в воду, быстро-быстро перебирая руками.

– Злой, – прошипела она, и хвостатые товарки подхватили.

«Злой. Злой, злой», – полетело над озером.

– И сильный.

«Сильный, сильный…»

– Сквозь морок видит, – продолжала жаловаться утопленница. – Мой голос его не пленяет. Что же делать, что же делать?

«Делать, делать, делать?»

– А ну кыш отсюда, – беззлобно буркнул я. – Растрещались, как сороки.

Я осторожно приподнял Катю, поднес к воде, прополоскал извазюканные в иле волосы. Десяток бледных глаз таращились над кромкой озера, но приблизиться никто не посмел. Вот и чудно. Подхватив на руки легкое тело Катерины, я понес ее в дом.

Уложил на кровать и, подумав, все-таки стащил грубое кожаное платье. Так и казалось, что оно царапает нежную кожу. Под ним ничего не было. Мелькнуло стройное девичье тело, аккуратные груди и стройные бедра… Я отвел взгляд и укрыл Катю лоскутным одеялом, поправил тонкую подушку.

Девушка дышала медленно, но ровно. Вероятно, ей просто нужен отдых. Хотя явился я вовремя, еще немного, и Катя могла бы оказаться на глубине! Злость всколыхнулась волной: надо все-таки поджарить хвостатую тварь, чтобы не тянула свои перепонки к живым людям!

– Пить…

– Катя! Сейчас, потерпи, милая…"

"В комнате воды не было, но вряд ли Хизер поставила дом там, где нет источника, значит, поблизости должен быть либо колодец, либо родник. И точно! Холодный чистый поток бесшумно выбивался за валунами, медленно утекая к озеру.

– Живой, – улыбнулась она.

Я не выдержал и поцеловал ее – коротко и быстро. На признания я не мастак, и в этом нежном прикосновении попытался выразить то, что чувствую. И благодарность, и страх за нее.