Самый трудный день

Потом, после выступления русского президента, началась паника. Сильные мира сего пока оставались относительно спокойными, а вот мелкая либеральная сошка, особенно в России и там, где до России было рукой подать, бились в истерике активно и со вкусом. Телевидение показывало апокалипсические картины исхода на запад насмерть испуганных людей. Дороги из Москвы в западном направлении были битком забиты тысячами легковых иномарок, стремящихся как можно быстрее покинуть территорию Российской Федерации. В столичных аэропортах билеты на авиарейсы в западном направлении были раскуплены на месяц вперед.

Отходящие в Балтийское море паромы из Клайпеды, Риги, Таллина битком набиты людьми, которые еще вчера кричали русским «оккупанты» и приветствовали марши ветеранов СС вскинутыми в нацистском приветствии руками.

Массово побежала Украина, забивая дороги своими тарахтящими авто еще советского производства и битком, как сельди в бочку, набиваясь во вдрызг раздолбанные в АТО междугородние автобусы и не менее обшарпанные поезда.

Власть драпала с комфортом, с диппаспортами, на частных и служебных самолетах, не забыв прихватить все, что было нажито непосильным трудом. Заволновалась и Польша, на которую в первую очередь хлынул весь этот поток нечистот. Там тоже многим и многим захотелось умчаться подальше на запад."

"Все эти люди вдруг почему-то решили, что Сталин, Берия, НКВД, ГУЛАГ, 58-я статья и прочие давно забытые вещи снова появятся в их жизни. Но куда им деваться? Ведь если Путин предупредил, обучил и вооружил сталинские РККА, то гитлеровский вермахт продержится против него недолго.

Бронированные полчища большевиков хлынут в беззащитные просторы Европы. Если куда и драпать, так только за океан. Нью-Йорк или Лос-Анджелес дадут хоть какую-то гарантию. А это значит, что все, кто не успел сесть на корабль или самолет, тот опоздал.

Те, кто сейчас смотрел на эту картину нового великого переселения народов, восприняли это как вполне закономерное явление. Им было не жалко этих бегущих в никуда людей, которых они сами и развратили, приучив к подачкам с барского стола вместо честной работы.

Некоторым из них было жаль лишь своего рушащегося в небытие высокого положения. Хотя если сказать честно, то даже без появления дядюшки Джо такой же результат был бы достигнут всего за пять-восемь лет. Кризис, почти одновременно начавшийся в экономике и в политике, был системным, а следовательно, требовал системных решений, которые вынесли бы таких людей за скобки истории.