Телохранитель для Снежной

Илья не справился со своими демонами, с глухим стоном обхватил стоявший колом член ладонью и прикрыл глаза. Невольно представлял продолжение того безумия, что началось в коридоре, и двигал рукой вверх и вниз, стремительно приближаясь к развязке. На губах отчетливо ощущался вкус сумасшедших поцелуев, а кожа горела от неистовых ласк. Мышцы свело сладостной судорогой, а из горла вырвался животный рык облегчения. Мощный оргазм ударной волной прокатился по телу, заставив содрогнуться каждое нервное окончание.

Опершись ладонью на стеклянную стенку кабины, Илья тяжело дышал и медленно приходил в себя.

Чувствовал себя подростком в пубертатном периоде, но ничего не мог поделать. Такое тотальное возбуждение по-другому было не победить.

— Вот же ведьма, — пробурчал Илья себе под нос и включил воду теплее, чтобы расслабиться окончательно.

Выйдя из ванной, натянул домашние штаны на голое тело и отправился на кухню, чтобы попить воды. Дверь в комнату Симоны была слегка приоткрыта, он отчетливо услышал ее голос и остановился, прислушиваясь к разговору.

Говорила только она, а это значило, что беседует по телефону. Взглянув на часы, Илья нахмурился и приоткрыл дверь пошире — теперь видна была спина Симоны, стоявшей около окна.

— Как вы себе это представляете? — возмутилась она. — Нет. Я доверяю Илье, но…

Он замер, уловив свое имя и даже дышать перестал.

— Не могу же подойти к нему и сказать: «Меня изнасиловал какой-то урод десять лет назад, поэтому я ущербная истеричка».

Внутри все похолодело, а по позвоночнику побежали липкие мурашки.

Такого поворота он никак не ожидал и просто впал в ступор. Перед глазами сразу замелькали обрывки воспоминаний: поход к психотерапевту, нелепое свидание, ее пьянка и просьба поцеловать. Их поездка, его поцелуй в примерочной и сцена в коридоре… Теперь все становилось на свои места. Страх в ее глазах не был наигранным, Симона реально испугалась. Его испугалась. Потому что набросился, как одичавшее животное. Идиот! Илья шумно выдохнул и потер лицо ладонями, чтобы отогнать мучительные ведения.

— Потому что не могу! — истерично продолжила Симона. — Я не готова к такому… Пусть все остается, как есть.

Илья осознавал, что должен сейчас уйти. Эта информация не для его ушей. Да и ни к чему она ему. Он хотел просто потрахаться, а не влипать в какие-то психологические проблемы и разборки. Ему это было совершенно не нужно.

Головой он это все понимал, но ноги словно приросли к полу.