Рискованная игра

Паника стиснула горло Тома.

– Моя Лорен? – еле выдавил он.

– Верно. Наконец-то вы поняли, отец! Я собираюсь прикончить вашу сестрицу.

Глава 2

Агент Николас Бенджамен Бьюкенен собирался в долгожданный отпуск. Последние три года он забыл об отдыхе, и, по мнению начальства, доктора Питера Моргенштерна, переутомление начинало сказываться на его отношении к работе. Кроме того, Моргенштерн сообщил Нику, что тот становится несколько рассеянным и циничным, и Ник в глубине души опасался, что Питер прав.

Моргенштерн всегда отличался прямотой.

Ник восхищался и уважал его, почти как собственного отца, и редко с ним спорил. Его босс был надежнее скалы. И не протянул бы в бюро больше двух недель, если бы позволил эмоциям брать верх над рассудком. Ник считал, что самым большим его недостатком была раздражающая способность оставаться невозмутимым и хладнокровным, как мраморная статуя. Ничто и никогда не могло вывести его из себя."

"Двенадцать агентов его отдела, лично отобранные Питером, звали его Удавом, разумеется, за спиной, но он знал и не обижался.

Ходили слухи, что он даже рассмеялся, когда услышал прозвище впервые, и это послужило еще одной причиной его хороших отношений с агентами. Он сохранил чувство юмора – немаловажная деталь, учитывая то, чем занимался его отдел.

Единственным признаком раздражения или злости была привычка повторять одну фразу по нескольку раз, и при этом хриплый от долголетнего курения сигар голос Питера ни на йоту не повышался. Черт, может, остальные агенты правы и Моргенштерн действительно в родстве с анакондами?.

.

Одно было ясно: начальство умело ценить хороших работников и отделять зерна от плевел, поэтому за четырнадцать лет службы Моргенштерна повышали шесть раз. Однако он никогда не почивал на лаврах. Когда его назначили главой отдела, занимавшегося поиском пропавших без вести, он приложил все усилия к тому, чтобы собрать сотрудников, у которых почти не бывало проколов. Решив эту задачу, он обратился к следующей. Загорелся идеей создать специальное подразделение по розыску пропавших и похищенных детей.

Написал пространное обоснование и немало времени потратил на то, чтобы убедить начальство: при каждой возможности потрясал перед носом директора толстенным докладом.

Его упорство и настойчивость наконец были вознаграждены, и теперь он возглавлял новое элитное подразделение. Ему позволили самому набирать персонал, сначала с бору по сосенке, тех, кто приходил к нему из всех отделов.