Реквием по любви. Грехи отцов

— Похоже на кассету, но слишком уж крохотная!

— Это и есть кассета, — просветил ее мужчина. — Кассета от видеокамеры. Раньше их использовали для записи видео вместо сегодняшних флешек.

Рассказывая все это, Макар извлек письмо из конверта под первым номером и быстро пробежался по его содержимому. Затем торопливо и небрежно вскрыл второй конверт. Почти в тот же миг они услышали:

— Ирина, если мне не изменяет память, ты знаешь немецкий. Переводи!

Глава 65

Смиренно кивнув, Ирина Павловна дрожащими пальцами сжала лист бумаги и с плохо скрываемым волнением жадно впилась взглядом в написанные от руки строчки.

Судорожно всхлипнув, она покачала головой:

— Ее почерк! Господи, Макар, это и правда ее почерк! Сам взгляни…

— Я верю, — отмахнулся мужчина. — Читай же!

Лиза замерла, обратившись в слух. Ее пульс ускорился. А наставница тем временем принялась переводить текст, зачитывая громко и с выражением:

«Ты все же вскрыла его, моя девочка! Вскрыла конверт под номером два. А значит, пути назад уже не будет. Значит, меня рядом с тобой уже нет.

Значит, ты… в опасности. Жаль. Я так старалась защитить тебя, милая! Так старалась уберечь от этих стервятников! Столько лет, предавая саму себя, я скрывала правду от самых близких людей! Жуткую правду. Чудовищную. И невероятную одновременно. Правду, из-за которой Кирилл лишился жизни. Из-за которой рухнул также и мой мир. Я пыталась залечить раны ради тебя и мамы, собирала себя по крупицам, но по сей день так и… не собрала.

Я оказалась слабой и беспомощной. Я сломалась.

Прости меня за это! Прости, если я была плохой матерью! Прости, если очерствела! Прости, если слишком часто замыкалась в себе и давала тебе недостаточно любви! Но я старалась, дочка. Искренне старалась. Горько осознавать, что это все выпало на нашу долю по вине одного-единственного человека. Человека, которого я так люто ненавижу. В определенных кругах он известен как Гарик Пескарь – влиятельный и очень опасный московский авторитет. По крайней мере, все слепо в это верят. Но я с легкостью могу доказать обратное.

Тот, чьи руки по локоть в крови моего мужа, лишь жалкий самозванец! В этой шкатулке есть двойное дно. Там я спрятала очень серьезный компромат на него. Компромат, который способен уничтожить эту гниду. Но, милая… я по-прежнему не хочу, чтобы ты во все это ввязывалась! Если есть иной выход, если есть хоть крохотная возможность избежать неоправданного риска, воспользуйся ей! Я боюсь за тебя. Господи, как же сильно я боюсь за тебя! Почти не сплю.