Реквием по любви. Грехи отцов

С трудом осознавая, почему заострил внимание именно на этой детали, он уточнил до жути сиплым голосом:

— Как, говоришь, зовут вашу соседку? Павлина Михайловна?

Сокол недоуменно почесал подбородок:

— Ну да. Так я и сказал.

Ощущая себя пьяным от переизбытка эмоций, Похомов задышал чаще.

Сквозь него в ту секунду словно двести двадцать вольт пропустили.

В голове против воли стала складываться логическая цепочка. Вполне очевидная и единственно возможная. От собственных догадок стало дурно.

— Павлина – женская версия имени… Павел! — пробубнил он себе под нос.

— В чью честь? — растерялся Пашка. — В честь этой старой грымзы?

Борзый зловеще рассмеялся, будучи не в состоянии более себя контролировать. Его лихорадило от напряжения. Пот выступил на висках.

Он гоготал, точно одержимый, и все никак не мог успокоиться.

— Серьезно не понимаешь? — прохрипел, едва обрел способность говорить. — Та, кого ты всю жизнь считал своей соседкой… на самом деле – твоя бабка! Она и есть мать Шмеля! И… родная сестра Пескаря! Та самая, которую он так тщательно прячет от врагов с тех самых пор, когда занял место настоящего Гарика.

Сокол скептически фыркнул:

— Ты бредишь, что ли? Родители отца умерли еще до моего рождения!

— Да неужели? — усомнился Дмитрий. — Ты хоть раз был у них на могиле?

Пашка заторможенно покачал головой, явно начиная сомневаться.

Сомневаться в том, в чем Похомов был теперь абсолютно уверен.

— Хочешь верь, хочешь нет, — подытожил он, сверля друга безумным взглядом, — но эта старуха – мать твоего отца! Родная и горячо любимая! Все остальное – часть маскировки. Легенда. Она всю жизнь была рядом с вами. Буквально на соседнем участке. Я только сейчас это понял, но… у вас даже внешний забор общий! А внутреннего, разделяющего ваши дворы, почти нет. Так… кованая хрень не выше метра, увитая плющом. Ее дом – его крепость. Его тайное убежище. Место, где никто и никогда не додумается его искать.

Соколовский ошеломленно покачал головой:

— Нет. Я просто… при обыске у нас… присутствовал. Нашел бумаги на покупку какой-то подозрительно дешевой недвижимости. Пробил адрес. Оказалось, отец недавно купил дачный участок. У черта на куличиках. Причем в почти развалившемся кооперативе. Вот я и подумал…

Борзый остановил его жестом:

— Нет! Лиза в городе. Она в городе! Совсем рядом.