Разведчик. Заброшенный в 43-й

Дай им приказ – шлепнули бы не раздумывая, только в чем его вина? Или с Летягиным поступили так же?

Когда наступил вечер второго дня, Игоря привели в кабинет Стрюкова. Через пару минут туда же ввели старшину.

– Ну, орлы, все сложилось. В рапортах расхождений нет, на фотопленке документы важные. А главное – наш агент вышел на связь, контакт подтвердил. Так что свободны.

Игорь даже растерялся – он ожидал по прибытии хотя бы благодарности. Все же задание было непростым, так далеко во вражеский тыл не забирался ни он, ни старшина.

Но теперь им предоставили неделю отдыха.

За время рейда парни сблизились. В разведке очень важно, когда один понимает другого с полуслова, с полувзгляда, и когда они остались одни, старшина поинтересовался:

– Признайся, сдрейфил, когда в камере закрыли?

– Было. Главное, не понял, за что.

– О, было бы за что – вообще бы к стенке поставили. В разведке рубль вход, два – выход, и теперь, даже если очень сильно захочешь, из разведки тебя никто не переведет в пехоту или, скажем, в артиллерию.

– Круто!

– На том разведка держится.

– Ну да, – пробормотал Игорь, – бей своих, чтобы чужие боялись.

Старшина засмеялся:

– А ты думал – тебе медаль на грудь повесят? Если бы мне за каждый поиск да за взятых мною «языков» по медали давали, у меня бы уже иконостас на груди был.

– Нет, на медаль я не рассчитывал. А вот на простое человеческое спасибо…

– Не дождешься, это я тебе точно говорю.

В руководстве решили, что группа сложилась, и пополнили ее радистом – молодым веснушчатым пареньком, выпускником радиошколы. Повоевать он еще не успел и на разведчиков смотрел с уважением.

Наступил день, когда разведчикам вручили карту Белоруссии и города Минска.

– Изучайте! Чтобы город как свои пять пальцев знали, лично проверю, – приказал Стрюков.

– Есть.

Когда засели изучать, старшина сказал:

– Говорят, от Минска мало что осталось, одни развалины.

– Думаю, врут, – откликнулся Игорь. – Немцы город быстро взяли, почти и не бомбили – иначе зачем карту учить?

– Чует мое сердце – забросят нас в Минск. Только с каким заданием?

– Подполковник скажет. Учим карту.

Они зубрили названия улиц, перепроверяя друг друга, поскольку понимали – явно готовилась заброска их группы в Минск. А зачем, с какой целью – скажут перед вылетом.