Разведчик. Заброшенный в 43-й

– Идем в штаб полка, пусть отцы-командиры решают, что с тобой делать.

Сержант привел Игоря к землянке ПНШ по разведке, доложил.

Лейтенант не спал.

Игорь разговор слышал, стоял рядом со входом.

– Человека привел – в немецкой форме. Утверждает, что разведчик.

– Я думал, наша группа вернулась. Ладно, заводи.

Игорь вошел.

Лейтенант посмотрел на его босые ноги:

– Вплавь через Полисть добирался?

– В самую точку! Так речка Полисть называется?

– У тебя карты нет?

– Никак нет. Я из ГРУ. Зафронтовая разведка, младший сержант Катков.

– Кому доложить о твоем прибытии?

– Подполковнику Стрюкову, разведотдел штаба армии.

– Попробую. В мешке что?

– Документы. Больше говорить о содержимом этого мешка я не имею права.

Лейтенант принялся накручивать ручку полевого телефона.

– Резеда! Резеда! Соедините меня со штабом дивизии.

Лейтенант доложил собеседнику о прибытии зафронтового разведчика с той стороны. Ни фамилий, ни званий, ни должностей не называлось.

– Так точно, понял! – ПНШ положил трубку, зевнул. – Приедут за тобой. Ты расскажи, как и где переходил.

– На полосе роты, сержант которой привел меня сюда. Переправлялся на автомобильной камере от машины, боялся мешок с документами замочить.

– О немцах что сказать можешь?

– Берега реки заболоченные, посты редкие, через полсотни метров. Одно пулеметное гнездо, окопчик мелкий.

– На нашей стороне не лучше, да ты сам видел. Без веревки не выберешься.

– Для перехода место удобное.

– Нам эта Старая Русса – как кость в горле. Дважды пытались взять, сколько людей положили – ужас, да все без толку.

– Германия пока сильна, сам видел.

– Неужто в самом логове был?

– Пришлось…

– И язык знаешь?

– Как русский.

– Тогда мне повезло. Сможешь перевести несколько документов?

– Если не длинные… Есть хочу очень и спать – устал.

– Прости. Я на минуточку… – Лейтенант вышел, но быстро вернулся. – Поесть тебе сейчас принесут. А пока документики глянь…

Видимо, наша разведка взяла их на той стороне у убитого или «языка». Игорь добросовестно перевел три места машинописного текста и письмо.

В землянку вошел солдат – в руке он держал котелок.

– На кухне только каша пшенная оставалась для караулов. Я туда тушенки американской добавил.