Рассвет наступит незаметно

– А если именно Васин и был ее возрастным поклонником, с которым у нее был страстный роман? – тихо спросила Ксения. – Тогда он мог наказывать ее не за кражу, а за предательство.

– Все может быть, – неопределенно согласился ее спутник. Андрей. Она покатала это имя на языке, словно проверяя свою готовность произнести его вслух. Словно камушки перекатила, звонкие, весело ударяющие друг о друга. – Мы можем предполагать, что ее ждал заказчик, с которым Виктория была хорошо знакома. Либо Васин, которого она знала лучше, чем он признается.

За разговорами они действительно прошли через парк, очутились на набережной и теперь медленно двигались от одной камеры к другой. Ксения показывала Погодину те устройства, которые смогла обнаружить утром. Сейчас, в темноте, сделать это, не зная, где именно они располагаются, было бы затруднительно. Правда, площадка у трех богатырей хорошо освещалась, там фонари стояли другие, яркие. А вот набережная была залита тем же тусклым светом, что и улицы, отчего берег и река внизу становились совсем не видны.

– Я вообще удивляюсь, что здесь каждый день кого-нибудь не убивают, – пробормотал Андрей. – Идеальное же место для преступления – ничего не видно.

Пройдя по набережной туда-сюда, они вернулись к спуску, ведущему к месту убийства, и направились по дорожке к скульптуре Говоруна, то самой, где располагалась выведенная из рабочего состояния камера видеонаблюдения. Ксении вдруг подумалось, что если ее починили, то их с Погодиным ночная прогулка вполне может вызвать подозрения.

Впрочем, когда она поделилась своими мыслями с Андреем, тот только махнул рукой.

– Мы не совершаем ничего противозаконного. Если нас спросят, скажем, что просто гуляли. Однако при нынешнем бардаке и всеобщем пофигизме я убежден, что наши с вами перемещения вообще никого не заинтересуют.

Перед Говоруном он остановился. Тут тоже было заметно светлее, поскольку фонари вокруг арт-объекта были установлены яркие, видимо для того, чтобы потенциальных вандалов можно было хорошенько рассмотреть. Оценив расположение камеры (да, сейчас она равнодушно смотрела прямо на них), он завертел головой, словно пытаясь что-то вычислить. Ксения руку бы отдала на отсечение, чтобы узнать, что именно.

Она тоже послушно осмотрелась вокруг.