Просчет невидимки

Главарь обернулся и увидел, что его урка, стоявший на шухере, повалился в снег, раскинув руки. А на углу улицы какой-то человек, высокий, с двумя пистолетами, методично сзади расстреливал банду, уложив еще двоих.

– Убей его! – заорал чей-то властный голос. – А ты окно держи!

И главарь, вскочив на ноги и стреляя короткими очередями, бросился туда, где спрятался Коган. Буторин за долю секунды оценил ситуацию. Сосновского выстрелами заставили укрыться, Когана прижали очередями. И Виктору тоже не дадут больше стрелять прицельно, пока не убьют тех двоих внизу.

Выбив остатки оконной рамы, он прыгнул вниз. Небольшой сугроб должен был смягчить падение, если только в нем под снегом нет каких-нибудь досок или железок. Падая на спину главарю, Буторин сумел обрушить на его голову под лихой кубанкой рукоятку пистолета.

"Но Коган был уже рядом и заорал страшным голосом: «А ну выходи, падаль!» Он полоснул очередью в какого-то бандита, еще один выскочил сбоку, намереваясь удрать, но Буторин сумел прицелиться и выстрелить в него. Несколько выстрелов сделал Сосновский, и все стихло. Буторин застонал и оперся на руку Когана, пытаясь подняться.

– Ну ты прыгун, – проворчал Борис, поддерживая Буторина. – Без тебя тут бы не справились?

– Живы? – Сосновский подошел и, не выпуская пистолетов из рук, вытер рукавом потный лоб. – Один ушел. Я ему руку зацепил пулей. Удрал, как и планировали. А здесь вроде все. Слушайте, а кто девку-то застрелил, джентльмены? Вот выдумщики, решили, что охрана купится и выбежит спасать от насильников школьницу.

– На что рассчитывали, то и получили, – ответил Буторин, потирая локоть. – Дверь-то открыли. Ну все, пора и нам сматываться. Утром милиция подтвердит официальную информацию, что одна банда перебила другую и ограбила сберкассу. Дворники подтвердят. Ребята, переверните этого. Я, кажется, ему голову проломил. Надо хоть в лицо запомнить его. Это главарь их.