После измены

— Ничего себе у вас тренировки! Я даже не знала, что так с собаками занимаются.

— Это тренирует мышцы и выносливость. Сам я теперь не могу с ним бегать.

— Я тоже хочу попробовать! — ну как тут удержаться?!

Алисия подбегает ко мне. Получаю в руки «снаряд».

Сенатор реагирует на каждое перемещение точки. Он похож на дьявола. Молниеносно, точно, прицельно пытается нападать. Лапы у него огромные, мощные. Движения резкие, устрашающие.

— Все. Он устал. Ему хватит.

Йохан подзывает любимца. Звучит резкая команда, уверенный взмах руки, затем ладонь плавно опускается… Сенатор тут же вытягивает лапы и ложится на асфальт.

— Как ты его так вышколил?

— Мой друг держит питомник доберманов. Он мне много помогал.

— Питомник, — обхватываю себя руками. — Боже. Я б там поседела от страха. Такие дьяволы вокруг.

— Сейчас большинство его собак не такие внушительные и грозные.

— Как это? — округляю глаза. Сенатор выглядит потрясающе, надо признать.

— Теперь доберманы с купированными хвостами и ушами не допускаются к международным выставкам. Микаэль много лет разводит эту породу и теперь чуть не плачет каждый день, когда видит необрезанные уши. Попрошу его прислать фото. Взглянешь.

— А ты тогда зачем купировал?

— Я и не собирался его выставлять.

Йохан присаживается на корточки, а Сенатор получает свою порцию ласки и мягкое игровое кольцо в пасть.

— Ну что?! Теперь можно в гости? — ликует Алисия.

— Да, поехали.

— Ты собаку к родителям берёшь?

Я думала, мы заведём его домой!

— Он спокойно полежит, пока мы будем ужинать. Отец сказал, корм для него остался.

Родители Йохана звонили вчера. Спросили, сможем ли мы приехать. А раньше о подобных встречах они уточняли за неделю.

— А мама и папа уже там? — малышка увлечённо глядит в окно. Она напросилась побыть с нами. Йохану комфортно, да и я не против.

— Они уже на месте. Мы самые последние, — Йохан бросает вскользь и паркуется вдоль забора.

На подходе к дому сжимает мою ладонь.

— Готова?

— Ты не забыл, что мы решили немного повременить с новостью?

— Конечно, я помню. Я буду нем как рыба. Только форс-мажор вынудит меня раскрыть рот.