Прекрасный подонок

Я не привыкла к таким комплиментам от него. «Почерк улучшился», «великолепный минет» – вот за что он хвалил меня прежде. Я была поражена тем, как много значит для меня его мнение. Всегда ли это было так для меня важно? Интересно, как бы он себя вел, если бы мы были настоящей парой, а не просто партнерами по постели? Я даже не знала, хочу ли, чтобы его отношение ко мне на работе смягчилось, или чтобы он попытался совместить роль любовника и наставника. Прекрасный подонок нравился мне именно таким, какой есть, и в офисе, и в постели.

Но, не успела я это подумать, как тут же поняла, что наши прежние перепалки кажутся мне сейчас чем-то чужим, далеким и странным. Словно пара туфель, из которых я давно выросла. Я разрывалась между желанием услышать от Беннетта какую-нибудь гадость и вернуться в реальный мир и желанием ощутить его руки на моей талии и губы на груди.

Ну вот опять, Хлоя. Причина номер 750000 не трахаться с боссом. Ты превращаешь четко регламентированные отношения в какую-то неразбериху с расплывчатыми границами.

– Ты выглядишь таким усталым, – прошептала я, легонько перебирая волосы у Беннетта на затылке.

– Я действительно устал, – пробормотал он. – Рад, что не пошел на встречу. Меня тошнило. Много раз.

– Спасибо, что рассказал, – рассмеялась я и, неохотно отодвинувшись, приложила ладони к его щекам. – Я принесла мороженое, имбирное пиво, имбирные пряники и крекеры. Что хочешь сначала?

Секунду он недоуменно таращился на меня, а потом выдохнул:

– Ты что, звонила маме?

После обеда я на несколько часов спустилась вниз, на конференцию, чтобы Беннетт мог еще немного поспать.

Когда я вернулась в номер, Беннетт расположился на диване в позе, наименее подобающей Прекрасному подонку – без рубашки и засунув руку в трусы. В том, как он сидел, скучая и пялясь в телевизор, было что-то удивительно будничное. Мне осталось лишь благодарить всевышнего за напоминание, что мой босс был, в конечном счете, обычным мужчиной. Просто еще одним человеком, блуждающим по этой планете в поисках верного пути, а совсем не путеводной звездой.