Право на отцовство (СИ)

Он правда считает, что такое можно забыть? Переступить и как ни в чем не бывало идти дальше? Вместе, парой, планируя совместное будущее, свадьбу и детей… Если Миша никогда и не вспомнит о том, что было, то об этом всегда буду вспоминатья. Как о самой большой и самой искушенной ошибке. У меня ведь не было никаких шансов противостоять Амиру и чувствам к нему.

- Мне кажется, ты погорячился с решением, - отрицательно мотаю головой и пытаюсь отодвинуться от него подальше. – Прошло слишком мало времени после нашего последнего разговора, чтобы говорить о прощении.

Где-то давно в какой-то из интернет-статей я читала, что, узнав об измене человек проходит восемь стадий переживаний. Это шок, агрессия, ощущение отсутствия будущего, истощение… Кажется, Миша застрял на этапе стремления к исходной точке. На этом этапе хочется сделать так, чтобы все вернулось «на свои места». Кажется, что измена может быть не только прощена, но и забыта навсегда. Главное – чтобы я была рядом, чтобы все как раньше…

- Если тыегобоишься, просто дай мне знать, - произносит Миша.

Он по-прежнему держит мою ладонь: нежно гладит её, а потом неторопливо подносит к губам и целует. Его движения плавные, уверенные, точные, словно он принял какое-то важное для себя решение. Решение бороться.

- Что ты имеешь в виду? – спрашиваю его я.

Дверь в палату без стука отворяется.

Я не сразу привыкла к тому, что в больнице другие правила и привычки, но сейчас, на третий день своего пребывания здесь, даже не вздрагиваю.

- Здравствуй, Соня, - произносит сухо Амир.

Он смотрит на мою руку, которую до сих пор отчаянно сжимает Миша.

- Здравствуй, - с трудом отвечаю я.

- Амир, Вы разве не видите, что мы разговариваем? – вмешивается Миша.

- Разговор окончен, - дерзко отвечает Сабитов и закрывает за собой двери.