Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Я – глава клана Мун. Некоторые ждут, что я свяжу свою жизнь с дальними родственниками, которые тоже носят нашу фамилию, чтобы сохранить ее.

– Понимаю, – пробормотал он, чуть отстраняясь; затем, справившись с собой, галантно поклонился. – В таком случае я сказал бы…

– Давай закончим с этим, – предложила Элейн, рассмеявшись, и он разделил ее веселье.

– Я буду ждать ответ. Столько, сколько потребуется.

Она благодарно кивнула, а затем добавила:

– Я должна предупредить еще кое о чем. Я дала своему клану клятву, что, кто бы ни стал моим мужем, первенец будет носить фамилию Мун.

Оддин немного опешил. Его брови удивленно взлетели, но он быстро вернул себе невозмутимое выражение лица.

– Что ж, это… это значит, что, если ты дашь согласие, нам придется родить как минимум двух сыновей. Каждому роду по мальчику.

– Звучит разумно.

– Буду с нетерпением ждать возможности заняться этим вопросом.

Элейн покраснела.

Оддин отступил назад, с неохотой отпуская ее руку.

– Думаю, пока у твоего родственника не случился приступ, мне лучше уйти. Я и так слишком долго злоупотреблял гостеприимством.

Он сообщил, что остановился в гостинице в Хапо-Ое и мог оставаться там еще неделю или две.

Уже когда Оддин был в дверях, она спросила:

– Кстати, а что именно произошло с Художником?

– А. – Он остановился. – Его загрызла свора собак.

Едва Оддин ушел, Элейн упала в кресло. Эмоции бурлили в ее душе. Восторг и страх, надежда и снова страх.

"Вскоре раздался стук в дверь. Конрад желал обсудить визит Торэма. Элейн распрямилась, предложила ему то кресло, в котором несколько минут назад сидел Оддин, и приготовилась к маленькой битве.

Конраду не было еще и сорока, он был подтянутым и энергичным и бóльшую часть времени нравился Элейн. Но когда он начинал играть роль Хранителя имени, ей нередко хотелось выкинуть его в окно.

– Что он хотел? – мрачно поинтересовался Конрад.

– Господин Торэм приезжал сообщить о смерти Ллойда, оказавшегося Художником. Помните, я рассказывала про этого человека?

Кузен прожигал ее взглядом. Это были знакомые глаза, у многих из клана Мунов были такие: светлые, пронзительные, с маленькой точкой зрачка.

– Мог написать это в письме.