Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Ковин тем временем внимательно наблюдал, его цепкий взгляд по очереди впивался в лица обоих. Кажется, он и вправду считал, что она солгала ему, когда рассказывала о знакомстве с Оддином.

Нужно было убедить его, что он ошибся! И ни в коем случае не допускать, чтобы Оддин выдал кападонское происхождение Элейн! Слишком уж близко Лимес находился к Думне, Ковин мог о чем-то догадаться.

Не зная, что делать, Элейн демонстративно стянула белый чепец, показывая еще темные волосы.

– Добрый день, господин Торэм. – Она склонила голову, глядя на Оддина, затем повернулась к Ковину: – Хозяин.

Последний подозрительно сощурился. Возможно, действия прачки показались ему странными. Она же не была мужчиной, чтобы стягивать шляпу перед господами. Однако Элейн надеялась, что если Оддин не понял, зачем она покрасила волосы, в предыдущий раз, то уж догадается в этот.

– Я вам говорила, что в Хапо-Ое, где мы с вами повстречались, не нашлось работы, и пришлось приехать сюда, – пояснила она, обращаясь к Оддину. – Здесь, в Нортастере, я дважды спутала вашего брата с вами.

"Она не знала, почему думала, будто он станет ее прикрывать. Просто теперь, познакомившись с его братом, начала верить, что Оддин действительно был приветливым и добродушным малым.

Он и вправду ничего больше не добавил, лишь протянул задумчивое «Ммм».

– Так что до Альбы мой путь более не лежит, – продолжила она, намереваясь закончить разговор.

Она сделала пару шагов назад.

– Как и я, – проворчал Оддин недовольно.

Элейн, просто из вежливости, отозвалась: «В самом деле?»

– Душегуб, из-за которого я ездил в Кападонию, объявился в Нортастере.

Она снова шагнула ближе к мужчинам.

– Ох, это тот, кто убил Лану?

Оддин явно заинтересовался:

– Вы знали девушку?

– Лично – нет, но другая прачка господина Торэма, Каталина, была ее близкой подругой. Они вчера ходили вместе на танцы.

Оддин выразительно взглянул на Ковина.

– Ну, опроси ее, – безразлично махнул тот двумя пальцами. – Что ты у нее хочешь узнать, непонятно. Кроме безудержных рыданий, едва ли услышишь хоть что-то.

– Любые показания могут дать подсказку.

– Я и вижу, ты в этом деле разбираешься, – язвительно произнес Ковин. – Напомни, братец, сколько ты его уже ловишь? Год? И жертв за это время было больше пятнадцати, верно?

Оддин чуть нахмурился.