Пощады, маэстрина!

А потом еще и купить нормальное белье. Я, конечно, понимаю, что живу сейчас в чужом теле. Но носить чужие трусы — это выше моих моральных сил. Даже если они идут в комплекте с этим самым телом.

Наконец я оделась, с досадой осмотрела получившееся существо. Бледная, худая, измученная, с унылой прической, отсутствием макияжа и в жутком сером платье.

Господи, Мариэлла! Ну как можно было превратить себя вот в это?! В видениях, которые загрузились мне в голову, ты была совсем другой. Красивой, стройной, ухоженной девушкой, скромно, но элегантно одетой.

Я цокнула с досадой и покачала головой. Жуткая уродливая шляпка. Темные круги под глазами выглядели удручающе, но взгляд у отражения был мой. Непримиримый и уверенный.

Ладно. Вдох-выдох и идем покорять новый мир. Прорвемся.

Взять с собой ребенка я не могла. Таскать корзину этому телу не по силам. На руках носить младенца — тем более. А переноски нет.

Поэтому пришлось малышку снова потискать, чуточку с ней потетешкаться, накормить, поменять пеленки и дождаться, пока она заснет.

Перед тем как выйти из комнаты, я постояла на пороге, пытаясь вытащить из памяти что-нибудь полезное и нужное. Ага! Заклинания спокойствия и крепкого сна. Еще заклинание защитное на малявку, и она очутилась словно бы в большом мыльном пузыре. О! И запирающее заклинание на дверь.

Я как бы помнила расположение помещений в пансионе, поэтому шла достаточно уверенно. Встреченные несколько человек проводили меня удивленными взглядами, а я молча вежливо каждому кивнула. У входа столкнулась с пожилой дамой, отдающей негромкие распоряжения мужчине-слуге. Вроде это истопни́к[2].

— Маузель Монкар, — суховато поприветствовала она меня. — Доброе утро.

— Доброе утро, мадам Фоле́й.

— Через два дня. Будете продлевать?

— Нет. Мне пора отправляться в путь. Благодарю, у вас прекрасное заведение, мадам. Я искренне буду рекомендовать его знакомым, если вдруг они будут направляться в этот город."

"Это была легкая вежливая ложь. И я, и женщина знали это.