Неприкаянная

Прошу тебя… Пока мы здесь… Пока этот сон еще длится… Поговори со мной!

Ты плачешь? Моя спина… Она мокрая? Почему ты плачешь? Ответь мне! Ну же! Я не могу повернуться, не могу прижать тебя к себе. Не могу высушить твои слезы…

Темнота, внезапно окутавшая герцога, казалась такой плотной, что ее просто хотелось потрогать рукой, а чувство потери причиняло острую боль, угнездившуюся где-то глубоко в груди. Глухие и мощные равномерные удары, сотрясающие пространство вокруг, заставили его очнуться, разорвать сгустившуюся тьму.

Гостиная, плотно закрытые шторы, пустые бутылки, валяющийся у ног серебряный кубок и магические удары в дверь. Кто-то изо всех сил пытался пробить его охранное заклинание, а он сидел в кресле и вспоминал свой сон и то короткое мгновение, когда был так счастлив.

Взмах руки убрал заклинание, открыл дверь и позволил буквально ввалиться в дом магам. Король вошел вслед за ними, не потеряв ни капли своего достоинства. Он даже орать стал не сразу. Выгнал сначала всех деятельных помощников.

— Ты что творишь? Как понимать твое поведение? Ушел без предупреждения, закрылся наглухо. К тебе не могли достучаться в течение пяти часов!

— Ну и что? — спокойно спросил и не подумавший встать навстречу брату Натаниэль. — Заснул под утро. Крепко спал.

— Крепко спал? А это что? — Возмущенный Валиен поддел носком сапога одну из бутылок и отшвырнул ее в сторону.

— А что? Это я праздновал, — просветил его герцог.

— Что ты праздновал? — вновь заорал король.

— Как — что? — Делано удивился Натаниэль.

"— Пять дней. У тебя есть пять дней для того, чтобы привести себя в порядок. Через пять дней мы будем праздновать все вместе нерасторжимую магическую помолвку с девицей из рода Лирских, а к началу зимы — заключение брака. И не зли меня, Нати, не надо. Со временем ты поймешь, что я забочусь о тебе и только о тебе!

Не ожидая ответа, его величество стремительно покинул гостиную и младшего брата, так и не поднявшего на него глаз.

ГЛАВА 76

Я не удержала нить сна… Пробуждение не было приятным. Глухие рыдания разрывали грудь. Я так старалась! Столько сил приложила для того, чтобы он вновь захотел жить! Просто жить и радоваться. А они? Они же убивают его. Если он эмпат, то я с трудом представляю, как ему удалось выжить на арене. И как сейчас тяжело ощущать эмоции родных ему людей.