Неприкаянная

Пятая семья конюха: его жена и сын пятнадцати лет. Все работали с лошадьми.

Они все подходили для моих целей как нельзя лучше, и я не стала тянуть с решением.

— Заберу всех!

Не знаю, чему так удивился управляющий и почему его рот удивленно приоткрылся, а руки суетливо задергались, но тем не менее он очень быстро подсчитал итоговую сумму, которую я должна буду передать ему в руки, прежде чем заберу этих людей. Я согласилась с назначенной суммой, но тут торговец, стоящий у меня за спиной, попытался выкупить у меня всех, кто его интересовал.

Мой отказ его изрядно разозлил, и я успела заметить, как злобно сверкнули его глаза. Но время шло, а сделать нужно было еще так много.

Расплачиваясь, я думала о том, что теперь мне почти наверняка нужно будет ждать со стороны обиженного торговца какой-нибудь подлости, но уже через мгновение эту проблему разрешил мой красавчик, Ветерок. Как оказалось, уходя, этот придурок не смог сдержать свою злобу и попытался, проходя мимо моего жеребца, подрезать сухожилия на его ноге.

Ну что ж, одним дураком на свете стало меньше. Причем небольшая ранка на ноге моей «бедной лошадки» и нож в руке трупа помогли мне избежать ответственности за его проломленную копытом голову и заняться более неотложными делами.

Теперь у меня в подчинении было много людей, и их нужно было собрать в дорогу как можно быстрее. Нам еще предстояло догнать караван, а посему кузнец был отправлен покупать оружие для всех взрослых мужчин и ребят старше десяти лет, бывший управляющий и конюх — за лошадьми и двумя телегами, четыре старшие женщины в сопровождении садовника отправились закупать продовольствие.

Через четыре часа, несмотря на наступающие сумерки, мы вышли из ворот города. Женщины, дети и пожилые люди были усажены на телеги, мужчин удалось посадить на лошадей. Пусть лошадки не шли ни в какое сравнение с моим Ветерком, но они были здоровы и хорошо выдерживали заданный темп. Перекусывало все мое воинство на ходу. Измученные дети сразу после этого засыпали, а вот все остальные настороженно поглядывали на меня. Мой жеребец вел себя беспокойно, стараясь взвинтить темп нашего продвижения, ведь его кобылка ушла под седлом барона вперед и ее срочно, по его мнению, нужно было догнать.

Тихонько перешептываясь, мои попутчики недолго занимались бесполезным гаданием на пустом месте. Прошел час, другой… И вот наконец бывший управляющий взял на себя роль парламентера и решился обратиться ко мне с вопросом.