Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2

Меня пробирает до мурашек, до выкручивающей внутренности тошноты. Но прежде, чем рвануть на крик «Клёпочка!», я вцепляюсь в руку Санаду: разделяться нельзя.

Протаскиваю его за собой в дверной проём, миг судорожно оглядываю прихожую и бросаюсь в кухню, из которой и доносится страшный вой.

– Клёпочка! – надрывается сидящая за столом мама. – Девочка наша!

С одной стороны от неё с остекленевшим взглядом сидит отец, и из глаз его текут слёзы. Дед всхлипывает и шмыгает носом.

– За что же? – подвывает мама.

– Родители не должны хоронить детей, – всхлипывает дед и закрывает глаза ладонью, а из-под неё по морщинам сползают слёзы.

Сердце разрывает, дыхания не хватает. Я бросаюсь к родным, но вместо того, чтобы врезаться в стол, прохожу сквозь него, словно привидение.

Привидение я и есть – прозрачное. Нематериальное. Мои родные тут, рядом, им больно, а я ничем не могу помочь. Не могу сказать, что жива.

– Клёпочка наша… – мама облокачивается на стол и прячет лицо в ладонях.

Мне всё труднее дышать: а что, если сейчас это происходит на самом деле? Что, если меня призраком переместили в нужное место? Что, если здесь не просто создают иллюзии, а отправляют в разные моменты жизни? И меня сейчас отправили на Землю посмотреть, что происходит с самыми близкими мне людьми…

Так.

Стоп.

Если они тоскуют по мне, считают погибшей, я должна сделать всё возможное, чтобы выбраться отсюда, вернуться на Землю и сказать, что жива."

"Правда, у вампиров с этим проблемы, но я же не архивампир, как-нибудь проведу на Земле несколько часов, чтобы встретиться, всё объяснить.

Из Эёрана хотя бы письма смогу отправлять!

Мама опять воет в голос, папа склоняется к ней, его плечи вздрагивают от сдерживаемых рыданий, дедушка…

Зажмуриваюсь и затыкаю уши: нет! Не хочу это слышать и видеть, я должна отсюда выбраться, а не хоронить себя вместе с родными! Я выживу!

Вдавливая пальцы в уши, осознаю другое: Санаду нет. Я больше не держу его за руку.

Блин!

Распахнув глаза, поворачиваюсь: его нет на кухне.

Мы снова потерялись.

Э, нет! Так не пойдёт!

Сердце рвут рыдания близких, пробивающиеся сквозь заслон пальцев. Меня разворачивает, чтобы я видела их горе, но я зажмуриваюсь и сосредотачиваюсь на Санаду.

На ощущении его крови.

Опять нас разделило.

И снова я тянусь к частичке себя в нём. По кусочку откалываю прочие ощущения, оставляю только одно – чувство общности с Санаду.

Его присутствия.