Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2

Слишком быстро для событий такой давности – на взгляд Санаду. Даже если тогда казалось, что происходящее – конец света.

«Мне никогда это не казалось концом света, – одёргивает себя Санаду. – И в итоге я освободился».

Он почти решается открыть глаза и посмотреть на кошмар прошлого, но оставляет веки закрытыми: зачем лишний раз вспоминать давно прошедшие гадости и переживать о них?

Не только абсолютным щитом, но и воображаемыми стенами Санаду отгораживается от иллюзии – а ничем, кроме иллюзии, представшая перед ним сцена быть не может.

Санаду это понимает.

Знает, что это просто прошлое, о котором хотя бы за да давностью лет переживать бессмысленно.

Даже подозревает, что текущая его нервная реакция – следствие какого-то воздействия.

Потому что он не должен реагировать так – ни на Изрель с Сонли, которые развеялись, когда он смог отстраниться от ситуации, ни на эти страшные, но давным давно принятые и отпущенные воспоминания.

Не в его характере реагировать столь остро, даже раньше он не реагировал так остро! – эта мысль помогает Санаду отстроить ещё одну «стену» между ним теперешним и прошлым.

Помогает отстраниться, проломить ледяную корку сковавшего его ужаса.

Вспомнить, что в первые мгновения попадания сюда он оказался в воспоминании полностью, на своём месте и со всем спектром ощущений, но волевым усилием, на одной только уверенности, что это всё не может происходить по-настоящему и не может даже в кошмарах сниться, Санаду удалось вырваться из «собственного тела», отделить наведённую иллюзию-воспоминание от себя настоящего, забиться в этот угол.

Надо просто продолжать действовать в том же духе – отстраняться.

Вот Санаду уже не слышит когда-то до дрожи ненавистный голос обратившего его вампира, своего бывшего хозяина.

И камень стен всё меньше холодит его кожу.

Санаду вспоминает, как оказался здесь.

Вспоминает себя настоящего.

Он обращается к своей крови – и через неё ощущает страх Клео. То, что она появляется то слева, то справа, то впереди, то за спиной, будто телепортируется из одной точки в другую.

Клео яркая, непоседливая, удивительная – его Клео.

Её образ, эмоции к ней позволяют окончательно сбросить иллюзию прошлого и оцепенение, Санаду осознаёт себя сидящим на поляне.

В лесу стоит мёртвая тишина, и только кровь помогает Санаду чувствовать, что он в этом странном мире не один.

***

Бег-бег-бег. Танарэс не отстаёт, как всякая нормальная страшилка из кошмара.