Похмелье

"

"- Олег… - едва слышно прохрипела она, вмиг утратив голос, став беспомощной, как слепой котенок. – Олег! – закричала из последних сил.

Он ворвался в ванную комнату практически мгновенно. Заспанный, со следом от подушки на щеке, но удивительно аккуратной прической. Все-таки хорошую ему сделали стрижку! Юлька отмечала эти мелочи на автомате, удивляясь, почему такая ерунда лезет в голову, в настолько ужасный момент. Её глаза были полубезумными, широко распахнутыми и влажными от непролитых слез.

- Что, малышка? Тебе плохо?!

Олег опустился возле неё на колени, поймав ее переполненный ужасом взгляд.

- У меня кровь… Мне кажется, я теряю ребенка…

Юлька не узнавала свой голос. Он был каркающим и сухим. Будто надтреснутым. Она и себя не узнавала. Вся ее энергия куда-то вмиг подевалась. Вместо привычной Юльки, которая всю жизнь за себя боролась, на опущенной крышке унитаза сидела незнакомая женщина, сломленная и побежденная.

- Ну-ка, дай, посмотрю… - пробормотал мужчина. – Ну же, малышка… Ага. Ну… Ничего, так бывает.

Слышишь? Юль?! Не расстраивайся только… Это нормально… Так бывает, – повторял бессвязные слова утешения. – Ну-ка, пойдем в комнату, нам нужно позвонить…

Безвольной куклой Юлька поднялась, и пошла, ничего не видя перед собой. Вот как случается. Только что видела все кристально ясно, а через секунду – как будто ослепла.

- Римма Юрьевна? Савельев… Извините, что так поздно, но у нас тут…

Что говорил Олег дальше, Юлька не слышала. Казалось, что к слепоте добавилась глухота. Она будто бы онемела.

Тупо сидела на светлом диване, не боясь его испачкать, и раскачивалась из стороны в сторону. Изрядно пугая тем самым Олега. Все страхи обрушились на Юльку, подобно лавине. Какая же она идиотка! А что, если бы он ушел, устав от ее капризов? Что бы она делала сейчас, когда от навалившихся чувств не была способна даже позвонить в скорую? Как же хорошо, что он здесь! Надевает на нее носки и проталкивает ноги в штанины джинсов.

- Ну же, Юль, попытайся встать… У тебя есть прокладки?

Юлька только непонимающе хлопала глазами.

И из последних сил старалась не клацать зубами – настолько сильной была дрожь, сотрясающая ее тело.

- Вот же черт. Посиди здесь… Я сам посмотрю.

Олег куда-то помчался. В ванной зашумели дверцы шкафчиков, и уже через секунду Олег вернулся в комнату. Он сделал все сам – и приклеил прокладку, и одел ее, и обул. Юлька ничего не могла. В голове билась только одна мысль – она точно какая-то неправильная. Даже не способная выносить малыша.