Поймать невесту, или Кухарка поневоле

С тебя сняли все обвинения, ты работаешь официально, хоть и прячешься под своими масками и париками...

- От этого я не перестала быть изгоем. Как сняли, так завтра при первой возможности, объявления о моем розыске снова будут болтаться на всех позорных досках Империи. Я не хочу светиться на всю столицу. Сама понимаешь…

- Понимаю, - вздохнула антер, - но… такие деньги, Мэл."

"- Эй, цыпа, а зови его сюда, - раздался зычный бас шеф-повара. - Этого своего пятитысячного.

Шеф-поваром в “Золотом единороге” был Торк Борвуд, непривычно огромный для своей расы гном.

Рыжий, коренастый и пухлый, с мелкими глазками-буравчиками. И с такой зверской рожей, будто он всю жизнь вместо окороков и пармезана стругал купцов в окрестных лесах.

Гном нехорошо усмехнулся, ощерился и провел острием ножа по широкой мясистой ладони.

- А уж мы проверим, что он за фрукт. Или рыба.

Я бросила задумчивый взгляд на шефа, а после на антер, которая тут же яростно закивала, поддерживая эту идею.

- Так что? - вставила Таша.

- Я зову заказчика на вечер?

- Ладно, - сдалась я. - Хоть узнаю за что люди готовы платить такие деньги…

Таверна закрывалась лишь к часу ночи, но в вечернюю смену я работала редко, сбегая домой после семи, хотя начиналось самое хлебное время на клиентов и чаевые. Таша не настаивала, понимая, что в это время хлеб и заказчики у меня были, как правило, по другой специальности.

Но сегодня пришлось задержаться на кухне в ожидании загадочного клиента. Хотя предыдущая ночка в компании нежити выдалась слишком активной даже для меня и уже не терпелось поскорее добраться домой.

А после плотно задернуть любимые шторы с ирисами и заварить крепкий чай.

Вместо этого чай я заваривала посетителям “Золотого единорога”. А заодно жарила пироги, запекала мясо и рыбу. Но после целого рабочего дня у горячей плиты хотелось хоть немного освежиться. Я прихватила мешок с мусором и вышла на задний двор таверны.

Уже сгущались сумерки, летние и тягучие. Напоенные ароматами трав и цветущей липы.

Июнь в этом году выдался дождливым и холодным и деревья зацвели лишь сейчас - к началу июля. Я подняла голову, вдыхая свежий воздух и нашла на небе первую из лун.

Серебристый рожок месяца уже показался над коньком крыши, ярко заливая окрестности светом. До восхода второго спутника, золотистой красавицы Линель, было еще полчаса, но одинокий Арин старался за двоих.

Легкий ветерок неожиданно резким порывом разметал волосы.