Пой, молись, люби

 — Ради пари, ради поганых денег! Да она же не в себе, она даже не помнит, какой сегодня день!

— Она со мной в большей безопасности, чем с тобой! — отбивался Валиас. — Почему мне даже нельзя спросить?

— Убирайся с моих глаз, молокосос. Скажи спасибо, что не успел продвинуться еще хоть на шаг!

— Все, что я сделал, это повторил свое предложение! — запальчиво выкрикнул Валиас.

— А почему тогда на ней нет жакета? — Зак вновь подступил к брату со сжатыми кулаками.

— Она сама его сняла! Надо же, какое событие! Да на ней тряпок больше, чем на Скотте, когда он исследовал свою Антарктиду! Здесь что, никто не понимает шуток? Простите, Эва, — проговорил Валиас, поворачиваясь к ней.

 — Я не знал о расторжении помолвки, но теперь, раз горизонт чист, я бы на вашем месте ухватился за два миллиона и не уступал ни цента!

И Валиас благоразумно поспешил покинуть поле боя.

— Какого черта вы вздумали явиться сюда в таком состоянии? — грозно повернулся к ней Зак.

Вот и моя очередь пришла, отметила машинально Эва.

— Разве я не сказал вам, чтобы вы легли отдохнуть? Вы могли запросто угодить под автобус.

Я глазам своим не поверил, когда обнаружил, что вы куда-то исчезли! — Он скрипнул ослепительно белыми зубами.

— Мне нужна была его подпись на документах.

— И для этого вы сняли жакет? — продолжал наступать Зак.

— Мне стало жарко, — с трудом пробормотала девушка.

Зак нагнулся и поднял жакет.

— Боже… мне следовало догадаться, что женщина, которая носит юбки ниже колен и закрывает каждый дюйм тела в разгар лета, вряд ли способна раздеться перед камерой.

Вы просто не в меру стыдливы. Настоящая монашка.

Эва замерла.

— И вовсе я не монашка! — воскликнула она возмущенно секунду спустя.

— Да у вас есть характер, — изумленно пробормотал Зак, словно открыв для себя что-то удивительное.

— Не надо говорить со мной свысока, — рассердилась Эва, поражаясь тому, как гнев вдруг без всякого предупреждения охватил ее и выплеснулся наружу.

Зак отступил на несколько шагов и развел руками.

— Я беспокоился о вас.

Видите ли, мой гадкий братец держал со мной пари месяцев шесть назад.

— Пари, — эхом отозвалась Эва, сдвигая брови.

— Он поспорил на пятьдесят тысяч, что заставит вас позировать ему обнаженной.

Девушка чуть не заплакала от обиды и унижения.

— Мне бы и в голову не пришло усомниться, что вы не сделаете ничего подобного. Вы не из таких. Это была шутка, Эва. Валиас любит пошутить, но иногда, как вот сегодня, увлекается и заходит слишком далеко.

Эва уставилась в пол.