Пограничная река

Но вдруг, неожиданно для самого себя, он чётко сформулировал фразы, вложив в них те подспудные мысли, что заставили его устремиться в погоню за врагом:

— Не бойтесь! Хайты действуют, как обычно: триллы помчались за ребятами Дубина, их обгоняют фраки, а раксы отстают, сами знаете, какие они тихоходы. Вот их мы и пощиплем… самых задних.

— А куда пленные делись? — на бегу выкрикнул кто-то из бойцов.

— Не знаю. Наверняка их погнали назад, под охраной. Так что хайтов стало ещё меньше. Сейчас мы им устроим!"

"На последних словах послышалось несколько воинственных криков: самые отчаянные из ополченцев вошли в боевой раж, им сейчас не было дела до действий командира — главное, что он ведёт их кого-то мочить, всё остальное не имеет значения.

Как ни странно, Олег оказался прав на все сто процентов: триллы и фраки давно исчезли, неповоротливые раксы отстали очень существенно. По правде сказать, некоторые ещё толком бежать не начали — только-только успели покинуть посёлок. Троица задержавшихся как раз и вернулась назад, видимо, привлечённая криком Олега, а тот одиночка, отвесивший ему оплеуху, наверное, просто засуетился, в спешке попутал направление и собирался покинуть посёлок через пролом, облюбованный землянами.

Должно быть, даже на подслеповатых раксов явление землян произвело некоторое впечатление. Подсвечиваемые заревом пожара, разгоравшегося за их спинами, бойцы плотной толпой вынеслись в пролом частокола, дружно взревели, завидев противника. «Гориллы» на несколько мгновений растерялись, поспешно разворачиваясь лицом к нападающим; они инстинктивно сбивались в оборонительную линию, выставляя круглые щиты, обитые листовой бронзой.

Стрелы загремели по доскам доспехов и бронзе щитов. Только тут раксы очнулись, с рёвом бросились на врага. Олег, уже видя, что они несут солидные потери, ничуть не испугался их порыва, понимая — победа останется за людьми:

— Всем стоять! — заорал он. — Мы их сделаем! Все в линию!

Никто и не думал отступать, скорее наоборот.