Погоня за счастьем

Возьми хоть себя.

Мелисса покраснела.

— Любое настроение не мешает обычным делам.

— Неужели? — усмехнулся он, многозначительно глядя на тарелку с остывшей едой. Мелисса снова вспыхнула.

— Просто я не голодна.

— Да, всего лишь целое утро смотришь на еду. Милое занятие, — отпарировал он.

Щеки Мелиссы, казалось, вот-вот полыхнут пламенем.

— Ладно, ты прав, в таком состоянии всякое бывает. Но я появляюсь в обществе. Не запираюсь, чтобы в одиночестве предаваться мрачным мыслям.

— Но, Мелли, все люди различны в своих сомнениях, поступках и так далее.

То, что ты считаешь трагедией, другим кажется пустяками, и наоборот. Мужчина может ни с того ни с сего свалить кого-то с ног ударом в челюсть просто потому, что пытается сорвать свою злость или выплеснуть гнев. А может и скакать на лошади, сам не зная куда, пока незаметно для себя не окажется в другом графстве.

— Похоже, ты говоришь по собственному опыту, — хмыкнула она.

Джастин ответил мрачным взглядом.

— А вот женщины, — продолжал он, — способны в слезах метаться на постели, биться в истерике, рычать на всякого, кто попадется на глаза.

Ты же, к примеру, всего-навсего изводишь себя голодом.

Ему все-таки удалось рассмешить ее, и все заботы на миг показались удивительно никчемными.

— Хочешь сказать, что я дурочка?

— Ничего подобного, — лукаво ухмыльнулся он. — Скорее, опережаешь события. Пока ты ни в чем не убедилась, считай, что у него есть важные причины не показываться тебе на глаза. Ты пока что нашла одну, я же могу перечислить тебе еще с полдюжины.

Дела, другие заботы, беспорядки в имении, несчастье в семье, да мало ли еще что! Помни, ты и в прошлый раз была не права, предполагая, что он тебя забыл! А бедняга пытался две недели проникнуть в наш дом.

Мелисса расплылась в счастливой улыбке.

— Зато для моей любви к тебе есть куча самых достойных причин! Уверен, что не желаешь жениться на мне?

Джастин тяжело вздохнул:

— Интересно, почему мне хочется щелкнуть тебя по носу, вместо того чтобы поцеловать? Просто руки чешутся! И не надейся, что я предложу тебе руку и сердце.

— Это я так, на всякий случай. И спасибо. Мне следовало разыскать тебя сразу, как только вернулась из деревни, и уберечь себя от четырех дней… истерик.

Глава 16"

"Линкольн открыл дверь своего кабинета, где, как ему сказали, ожидал посетитель, и едва успел уклониться от кулака, нацеленного прямо в челюсть. Обладателю кулака повезло меньше.