Любовь между нами

– С большого и красивого, – прорычал Антон, не сводя глаз с самокатчика.

Юлька подскочила с земли, испуганно переводя взгляд с одного на другого.

– Да все нормально, – залепетала она, размахивая руками в успокаивающем жесте.

– Слышишь?! – возмутился парень.

– Не слышу. Извиняйся! – не унимался Леваков, чувствуя, как закипает от злости.

– Все нормально, – повторяла Юля, позабыв о своей работе и несчастных рекламных флаерах, по которым топтались пешеходы.

Внезапно из магазина фурией вылетела женщина, судя по всему, начальница Снегиревой, которой кто-то уже донес о произошедшем, и принялась кричать.

Орала и возмущалась она так громко, что хотелось закрыть уши и послать женщину на три веселых буквы. Антон вздохнул, понимая, что извинения придурка никому уже не нужны, и отпустил его руку. Пусть идет подобру, повезло ему.

Самокатчик отряхнулся, поднял свой транспорт с земли, в очередной раз выругался, но уже совсем тихо, и поспешил удалиться. Леваков тоже не планировал задерживаться, он развернулся и почти дошел до книжного магазина, как в груди заскребло.

Совесть! Наглая и привередливая дама заставляла вернуться.

Антон оглянулся. Снегирева ползала по асфальту на корточках, пытаясь собрать листовки, а рядом на нее активно наседала госпожа начальница, изливая поток возмущений. Внутри все перевернулось от увиденной картины.

«Ты же обещал измениться! И где твои обещания?» – выругался Леваков про себя.

Делать нечего, пришлось идти к проклятой Юльке.

Он присел рядом и вместе с ней стал собирать разлетевшиеся листовки. Снегирева не сразу заметила внезапного помощника, а вот ее начальница отреагировала мгновенно:

– Вы, молодой человек, не переживайте, мы сами, – пропела фальцетом дама за сорок, сразу же переключив свое внимание на парня.

– Шли бы вы в офис, а то как бы ваша белая юбка не лопнула от распирающего вас негодования.

– Хам! – прикрикнула женщина и, цокнув каблучками, поплелась обратно в магазин.

Хвала всем богам, наконец-то она скрылась из виду! А то уж больно вся такая пафосная тут стояла, надменная, на лице так и читалось: «Вы – мусор под моими ногами». Леваков терпеть не мог таких особ.

– Антон, не стоит, я и сама могу, – тихо произнесла Юля, смущенно хлопая ресницами и разглядывая того, за кем бегала уже который год.

– Пока ты сама, тут все затопчут, – ответил без особого энтузиазма Леваков.