Любовь и ненависть в Ровердорме

Замолчала.

Вряд ли меня могли обвинить в том, что я хранила в семейном тайнике документы из банка, а других преступлений за мной не водилось.

– Ты пыталась от нас что-то спрятать! – тем временем продолжал буйствовать Лоуренс, и вид у него был такой, что я серьезно засомневалась в его психическом здоровье. – Но раз ты прятала документы, значит, та кража тоже твоих рук дело. Сейчас же, немедленно ее арестуйте!

Маги не обратили на его слова внимания."

"– Ожерелье я не брала, – сказала я ему и остальным. – Я даже его в глаза не видела, а в тайнике лежали банковские документы.

– Но среди них есть документы на лошадь! – не унимался Лоуренс. – Я сам их видел, своими собственными глазами! Значит, конь был!.. Он был, и я не сошел с ума, как вы все пытаетесь меня убедить.

– Лоуренс, прошу тебя, прекрати! – подала голос тетя Азалия.

– И жабы тоже были, – не унимался он. – Спросите у моей сестры Илейн! Ее повсюду преследуют жабы!

– Если что, документов на жаб у меня нет, – вежливо отозвалась я, и покусанный маг едва заметно усмехнулся.

Лоуренс тем временем продолжал твердить, что конь был, и он видел его своими глазами.

– Конь и правда был, – отозвалась я. Мне показалось, что столичные все же ждали от меня пояснений. – Мне его подарили, но он… Он умер от голода, господа! – Соврала я совершенно спокойно, не почувствовав угрызений совести. – Вы видели банковские документы. По ним можно понять, что денег у нас совсем не было. Наша родня посчитала, что мы можем выжить на те крохи, которые они оставляли нам из милости.

Тетя бросила на меня предостерегающий взгляд.

– Сейчас не время обсуждать подобные вещи, Мира! – холодно произнесла она.

Но я не собиралась останавливаться.

– Как видите, мы все-таки выжили – моя сестра, тетя и я. А вот кормить коня нам было не на что, поэтому он умер. Если захотите, могу показать вам место, где его похоронили. – Как я и надеялась, они не захотели. – Так что я понятия не имею, что именно почудилось на конюшне Лоуренсу.

Внезапно до наших ушей долетел истерический вопль, сразу же за которым раздался оглушительный грохот. Потом снова что-то упало, а грохот сменился продолжительным истерическим визгом.

Судя по всему, Илейн где-то снова повстречалась с жабой.

– Простите, – пробормотала тетя. – Это моя дочь, и с ней что-то произошло. Мне надо выйти… ненадолго. Но я скоро вернусь.

Она вышла, но стоило двери за ней закрыться, как дядя тотчас же вцепился в графин.