Пленница пиратов

 – Возможно, я действительно виноват…

– Почему? Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Если это корабли вашего отца, значит, это я мог привести их сюда.

– Каким образом? Мой отец не мог знать, что вы пойдете сюда. Не мог!

– Вы забыли про мистера Хендри. Он был в курсе наших планов. Возможно, он поделился своими знаниями с вашим отцом.

– Вы думаете, он выдал ему местонахождение этого острова? – Глаза Марибель от ужаса расширились. – Но зачем ему это делать? Он отвез ваше послание моему отцу, и за это вы отдали ему корабль, как и обещали.

– Возможно, ему не оставили выбора. Ваш отец надеялся заманить меня в ловушку. Когда я в нее не попался, он решил отомстить мне иначе. Я сказал вам, что он удвоил свое предложение, но может быть, лишь для того, чтобы внушить мне ложное чувство безопасности. Хендри мог согласиться показать им дорогу сюда, чтобы спасти собственную жизнь… а коварное нападение вполне в духе вашего отца. Он знает, что ему не выиграть бой с нами в открытом море, но когда корабли стоят на якоре и на борту лишь несколько человек из команды…

– Что стало с этими людьми?

– Некоторым удалось доплыть до берега, кого-то убили.

– Том погиб? – Глаза Марибель наполнились слезами. – Нет! О нет, я этого не вынесу. Он был таким молодым, так радовался, что стал частью братства.

– Он знал, чем рискует, когда связал с нами свою судьбу.

– Как вы можете говорить такое? – Марибель слишком расстроилась, чтобы мыслить ясно, и не замечала, как напряжен Джастин. – Том был почти ребенок.

Она выбежала из комнаты, чувствуя, что сейчас расплачется. Оказавшись у себя в спальне, она села на кровать и закрыла лицо руками. Слезы, которые она сдерживала, пока помогала ухаживать за ранеными, потоком хлынули из глаз. Марибель знала, что пираты ведут опасную жизнь, но смерть юнги оказалась слишком неожиданным и болезненным ударом.

– Вы не должны так убиваться из-за него, – сказал он. – Мы все рискуем быть убитыми. На море такое случается постоянно. Наше ремесло опасно, и смерть у нас частая гостья.

– Вы так легко говорите о смерти. – Марибель встала. Ее лицо было белым как полотно. – Мне так жаль Тома, что я не могу не плакать.