Папа для Ромашки

Фокус только с Ромы теперь сместился на дочь.

В легких жжет. Слезы собираются, но теперь не из-за грусти. Легче становится.

Я выдыхаю. Все. Отпустило. Можно дальше жить. Можно танцевать с ним в гостиной. Можно смеяться, шутить, можно даже о дочери рассказать…

Глава 11

Сигнал о входящем уведомлении на телефоне.

Не хочу открывать глаза, не хочу просыпаться. Первое января, в конце концов. А если…

Мама?!

Все-таки с родителями я поступила не хорошо. Сделала вид, что потеряла память, уехала. Эд говорил, что они нашли его, спрашивали обо мне, но мне так было стыдно перед семьей, я не представляла, как им в глаза смотреть, обсуждать свой поступок… Насколько проще в сети, отписался, вышел, заблокировал и все.

Я как рыбка, что сбежала из своей стаи, одна где-то поплавала, хочу вернуться, а теперь страшно, что назад не примут.

Проверяю телефон, жду этого первого шага от кого-нибудь, но это не они.

Рома: “Может, проснешься!”

“Может, проснешься”, – передразниваю про себя и кривляюсь.

Маша!

Оборачиваюсь на ее подушку. Уже нет.

Черт!

И судя по тому, что Рома нервничает, Маша его уже давно донимает.

Я почти рассказала ему, но этот танец, касания, провокации сбили с настроя. Опять в воспоминания окунулась. Сравнивала, как было и как сейчас. Так, как раньше уже все равно не будет.

"В новогодней пижаме с оленями, не переодеваясь, выхожу в гостиную. Что там Рома ей принес, не знаю, но догадываюсь, что конфет она уже наелась. Но чего уж теперь…

Выдыхаю, успокаиваясь. От одного раза ничего криминального не случится.

В десяточку. Под елкой вскрыта коробка с подарками от Ромы. Обертки от конфет вокруг.

На втором этаже слышны голоса и приоткрыта дверь в Ромину комнату. Судя по звукам, Маша смотрит мультики.

Второй раз выдыхаю.

Иду пить воду, а в раковине стоят две тарелки. Я точно мыла все. И в холодильнике нет той тарелки, из которой ел вчера Рома.

Невольно поджимаю губы и улыбаюсь. Он сам ел и Машу покормил. Прислушался к тому, что я говорила. Да, он в чем-то ошибается, но быстро учится и исправляется.

С другой стороны… Горло сжимается и дерет от обиды. Я как-то не заметно становлюсь не нужной. Отхожу на второй план. Рома теперь становится для нее центром.