Оторва, или Двойные неприятности для рыжей

Что теперь будешь делать, оторва моя ненаглядная?

— Я как раз думаю над этим, — я встала напротив него, как и он, в пол оборота к залу, замершему в предвкушении последней пакости в исполнении меня любимой. Я еще раз взглянула на Исаева… и поняла, что удивиться-то он удивился моей выходке, да только яростью, подобно факелу, вовсе не пылал. Совсем наоборот, в темносиних глазах парня тлел заметный огонек удовольствия! Так-так, нечестивец…

От нашей борьбы уже наслаждение получать начинаем? Еще один извращенец на мою голову!

— Я не дам тебе выиграть, — многозначительно выгнул бровь шатен, улыбаясь уж слишком так невыносимо и обаятельно одновременно.

— Может поспорим? — пакостливо улыбнулась я и, поддавшись порыву, схватила Исаева за галстук, дернула, заставляя парня наклониться к себе и… поцеловала.

Кто б сказал, на кой хрен вообще я это сделала, а то я сама не поняла!!

Время словно остановилось. Оно тянулось невыносимо долго, будто жвачка, растягивая сей волнительный во всех смыслах момент на долгие минуты.

И тут неожиданно я осознала две вещи.

Первое: тайным маньяком на мойке был не Демьян. Шатен в этом плане, конечно, тоже неплох, и опыт есть, и желание чувствуется, и коленки подкашиваются чуток… Но все равно не то.

И второе: не смотря на первое, мне все-таки понравилось целоваться с Исаевым.

Ну, пожалуйста!

— Да-да-да! — послышался радостный крик, возвративший нас с нехристью на любимую грешную землю. Исаев выглядел обалдевшим, хоть и довольным и, подозреваю, на моей моське шок сейчас был не меньшим! А Илюшка тем временем разорялся в микрофон. — Я просто в экстазе! Это ж надо так! После того, что было, да теперь вот так… Народ, это полная и безоговорочная побе-е-еда-а-а… И ведь не возразишь! Анна Сергеевна, вы хоть прикройтесь, а то не только бедный парень, мы тут уже все на все готовые!

Я фыркнула, отпуская сине-красный полосатый галстук Исаева и, стараясь сделать морду тяпкой, накинула протянутую мне жилетку.

Желание затянуть на шее ведущего провод с наушником стало отчетливым и невыносимым.