Номер 19

 – Я видел, как старика распиливают по частям, давая нюхать ему нашатырь, чтобы он до последнего вздоха находился в сознании! А он, обезумев от боли, звал свою дочь! Которая сдала его сюда, как вещь в ломбард! Я видел, как с мужчины срезали верхнюю часть черепа и испражнялись на дымящийся мозг! Ты тоже все это хочешь увидеть, сучонок?

– По… пожалуйста, – проблеял Донни, и Рик с силой отшвырнул стажера в сторону. Откатившись к полкам, парень ударился спиной о дверцу, внутри встревоженно загремела посуда.

– Ты… ты… – Донни испуганно тер кожу в тех местах, куда попали капли кипящего бульона.

– Пока его нет, обязанности шеф-повара возложены на меня, – устало произнес Рик. – Можешь говорить мне.

– Я пожалуюсь на тебя, сука, – пригрозил Донни, поднимаясь на ноги.

– Жалуйся.

Рик потер ладони, словно отряхивая их от невидимой грязи после контакта со стажером.

– Думаешь, схватил меня за бороду и тебе так все сойдет?

– Я скажу, что ты меня чуть не сварил в кипятке!

– А я скажу, что ты ссал в кастрюли и замышлял теракт на территории «Эдема», – парировал Рик.

Донни мрачно молчал.

Взор Рика переместился на штаны молодого человека, в паховой области которых расплывалось темное пятно.

«Вероятно, мой организм отреагировал бы так же, если бы мою голову сунули в кастрюлю с кипятком», – подумал помощник шеф-повара.

– Приведи себя в порядок, – велел он, не скрывая брезгливости. – И принимайся за работу. Иди к Заре, у нее там полный завал.

Ворча что-то невнятное, Донни ушел. Рик с удовлетворением отметил, что за все время конфликта никто из присутствующих на кухне даже бровью не повел, когда он задал трепку этому ублюдочному шантажисту.

Рик вытер мокрую от пота шею.

«Господи, дай мне силы выдержать эту смену», – мысленно взмолился он.

Его мысли вновь вернулись к той девушке из 19-й камеры. Он всеми силами пытался сосредоточиться на кухне и готовящихся блюдах, но образ слабоумной бедняги с крестиком так и маячил перед глазами.

На мониторе замигало окошечко, сигнализируя, что в приемную доставлены новые тела, и Рик, опомнившись, заспешил из кухни.