Разбуди меня (СИ)

— Не лезет что-то.

Вручает мне пакет с вещами.

— Одевайся…

Мы едем по пробкам в центр. И меня не раздражают эти пробки. Хочется, чтобы они подольше… держали меня на свободе.

— Не сдувайся… — хмурится Диляра. — Выйдешь досрочно.

— Как?

— Забеременеешь.

— От святого духа? В вашем изоляторе свидания не положены.

— Это уже мои проблемы.

На душе тяжело, что с Митяем не попрощались.

Зольникова заводит меня в здание по заранее выписанному пропуску.

Заходим в лифт. Едем вниз. На следующем этаже заходит мужчина.

Я поднимаю на него глаза. Вздрагиваю от неожиданности.

Они приветственно кивают друг другу.

— Здравствуйте, Виктор А-а-алексеевич… — здороваюсь с одним из спонсоров Эльдара из нашего далёкого прошлого.

Что он здесь делает?

— Здравствуйте, Татьяна.

У Диляры перекашивается лицо.

— Да ладно?!.. — шокированно и беззвучно."

"Глава 52 — Не очень темные божества

Надзирателя Диляра выпроводила. Все камеры следственного изолятора, расположенные вдоль стены здесь пустуют.

Сухо, чисто, светло… Только решетки в пол.

Мы сидим с Дилярой на полу. Опираясь на них спиной. Только она на свободе, а я в тюрьме.

— Откуда ты знаешь Виктора Алексеевича?

— Он один из лоббистов, с кем вел переговоры Эльдар. Предвыборные кампании — дорогое удовольствие. Никому не вывезти их самостоятельно. Если тебя в какой-то момент не поддержат серьезные спонсоры, ты вылетаешь из гонки. Но ""спонсоры"" никого не спонсируют. Они вкладывают в кандидата, чтобы он стал лоббировать их интересы, когда получит доступ — принимать решения.

— Они договорились?

— Я не знаю с кем из лоббистов договорился Эльдар. В какой-то момент мы оказались по разные стороны баррикад. Я работала над обличающими политиков материалами, он — вдруг оказался тем самым купленным политиком. Но я была уже глубоко беременна…

— Значит, помолимся, чтобы они не договорились. Чтобы эта сила была на твоей стороне.

— А если — да?

Вздыхает.

— Самый худший исход любого расследования, это когда вышел сам на себя.

— Виктор Алексеевич?! — зажмуриваюсь я.

Набирает на телефоне номер, выходит в коридор.

— Вить, привет… Кажется, у нас проблема… Семейная. Дело в том, что… У Ивана есть крестница… Тико. Да-да… Есть крестница. Дочь его сослуживца. Ее мать оказалась у нас в программе. О-о-о… Не ори, пожалуйста! Я все понимаю…

Закрываю глаза. Фей-крестный у нас?

От нервов по щекам бегут слезы.