Особое условие

Я как-то понаблюдала за этим издалека: длинная очередь, смиренно стоявшая под палящим солнцем.

А вот теперь ее не было. Лишь несколько игенборгцев бродили неподалеку, о чем-то переговаривались. А всегда открытая дверь здания оказалась плотно запертой, возле нее стояли два рослых стражника, выше меня на голову. Подумав, я велела носильщикам ждать, а сама выскочила из паланкина и не спеша направилась к страже. Пусть видят благородную айну в красивом бледно-зеленом наряде с серебряной вышивкой."

"Стражи покосились на меня, но тут же снова вперили взгляды куда-то вперед.

– Добрый день, агаси, – я старалась говорить негромко и предельно вежливо. – Могу ли я подать прошение об аудиенции с акифом?

– Нет, айна, – отозвался один, чьи доспехи сверкали точно золотые, – прием прошений от жителей Игенборга временно приостановлен.

А-а-а, трижды нарра им в печень!

– Это надолго?

– Когда прием прошений возобновится, то вам сообщат, – кратко ответили мне и больше не общались.

Надо возвращаться к Айдан. В груди все еще теплилась надежда на то, что Сирил уже там. Допустим, его забрал Зейд, чтобы подтвердить мои слова перед акифом. Но зачем его так долго держать?!

Не поверили? Проверяют? Но арест всех попрошаек сразу после моего высказывания Зейду указывал на то, что у акифа решение с делом далеко не расходятся.

Я бы и с Зейдом не прочь встретиться. Нарров сын явно чувствует, что у меня к нему очень много вопросов, и на глаза показываться не спешит. Если он забрал Сирила, неужели так сложно сообщить, за что его задержали? И пусть Сирил поехал сюда меня охранять и наверняка умеет выкручиваться из сложных ситуаций, это не отменяет моего беспокойства за него.

Тяжко вздохнув, я отодвинула занавеску паланкина и выглянула на улицу. Сегодня было мало людей. Большинство горожан как будто притаились и не мешали стражникам очищать улицы от всякого сброда.

Неожиданно взгляд выхватил слепого старика, который привалился к стене дома. Плечи его подрагивали. Мальчишки рядом с ним я не увидела, а мешок с вещами и инструмент лежали на земле.

– Остановите! – приказала носильщикам.