Опаленная судьбой

— Он беспечно отвернулся от ее гневно сверкающих глаз. — Тогда ты не станешь возражать, если Николас вернется со мной в Грецию.

— Как? — опешила Хелен. — Ты не можешь выдергивать его из привычной обстановки.

— Пришло ему время познакомиться со своим настоящим домом. Николас — грек, он быстро адаптируется к новым условиям. Ему понравится на вилле, там большой штат слуг, готовых выполнить любое его желание. Солнечный климат ему придется по душе, в Англии всегда тоскливо от дождей и тумана. Он — Аристидес и получит лучшее образование и займет свое место в нашей банковской империи.

— Леон бросил на Хелен высокомерный взгляд. — Ты заявила, что не желаешь денег Делии. Я поговорил с портье отеля, где снял номер, и узнал, что ты работаешь половину рабочего дня в детской комнате. Вряд ли это приносит тебе большие деньги, — усмехнулся он. — Что ты можешь предложить Николасу?

Она не собиралась обсуждать денежные проблемы с человеком, которого плохо знала и который явно указывал ей на свое превосходство в отношении финансов.

— Деньги — еще не все. Я люблю Николаса.... Это чувство, которое при всем твоем богатстве тебе не ведомо. — Наконец-то и ей удалось уколоть его.

— Кстати, возвращаясь к Делии, тебе не следует верить всему тому, что ты от нее слышала.

— Твоя женитьба была частью сделки, я верю словам Делии. Какой пример ты можешь подать мальчику?

— Реалистичного отношения к жизни. — Леон поднялся и подошел к стулу, на котором она сидела. — Не сказку о любви и независимости, которой ты и моя сестра пичкали бы его.

— Он схватил девушку за подбородок и заглянул ей в глаза. — Посмотри, куда любовь и независимость завели Делию, и скажи, что я не прав.

Хелен не могла найти нужных слов, ее руки сжались в кулаки от бессилия. Его сестра мертва, и попирать ее память — настоящая низость.

— О! Вот твой рецепт счастья — ты не сумел сберечь жену и ребенка, — выпалила Хелен. — По крайней мере со мной жизнь Николаса в безопасности, а ты самый отвратительный человек, с кем сводила меня судьба. Я бы тебе даже рыбку не доверила.

Он крепче сжал ее подбородок, она уже приготовилась получить удар в челюсть и зажмурилась. В душе Хелен понимала, что перешла грань дозволенного, комментируя чужую личную жизнь. Если она хочет сохранить Николаса, нужно подружиться с его дядей.

— Убери руки от моей Хелен, бандит, — зазвенел детский голосок, и мячик вылетел из-за двери и ударил Леона в голень.

Мужчина разжал руку, которой держал девушку, выпрямился и удивленно уставился на ребенка.