Опаленная судьбой

— Пойдем.

Шторы на окнах были плотно задернуты, и маленькая машина светилась в темноте. Николас обожал свою иллюминированную кровать в виде автомобиля. Мальчик в белой пижаме лежал на спине, раскинув руки. Его темные кудри прилипли ко лбу, густые, черные ресницы подрагивали на розовых щеках. Он дышал ровно и глубоко.

Хелен улыбнулась и осторожно убрала непослушные пряди с бровей. Услышав тяжелое дыхание сзади, она обернулась. Крупное тело Арйстидеса напряглось, он внимательно вглядывался в мальчика, и постепенно его лицо смягчалось.

Хелен не жаловала этого человека, находила его циничным, суровым, даже устрашающим, но сейчас он выглядел по-детски трогательным;

Она отошла от кровати, уступая ему место. На глаза набежали слезы, Хелен как наяву увидела лицо подруги, когда та внезапно появилась из февральского тумана четыре года назад.

Делия выглядела расстроенной, но решительной, не терпящей возражений. Ей исполнилось двадцать, она была не замужем и носила ребенка. Она просила Хелен позаботиться о малыше.

Сначала Хелен противилась, не веря, что Делии удастся скрыть от семьи свою беременность, но потом сдалась. На пасхальные каникулы подруга отправилась в Грецию, а оттуда вернулась в университет. Отец с волнением следил за беременностью невестки и не заметил легкую полноту дочери.

Ребенка ожидали в июле, в сроках судьба улыбалась Делии. Оставив младенца на попечение Хелен, она успевала провести остаток каникул в Греции, не вызывая подозрения своим отсутствием.

Слабая улыбка тронула губы Хелен: Делия была такой же упрямой, как ее отец и брат.

Сильная рука сжала ее плечо, Хелен очнулась.

— Он из нашей породы, — мягко заметил Леон, обводя взглядом спальню мальчика. — Нам действительно нужно поговорить.

Их взгляды встретились, и у нее в горле моментально пересохло, а пульс участился. Леон заметил ее реакцию и многозначительно посмотрел на полуоткрытые губы, на взволнованно вздымавшуюся под голубым свитером грудь.

— Ты очень привлекательная женщина... возможно, есть любовник?

— Конечно, нет, — взвилась она, краснея до кончиков ушей.

— Отлично, — пробормотал он и поднес палец к ее губам. — Ш-ш-ш, мы же не хотим разбудить ребенка.

Ее губы защипало. Хелен опомниться не успела, как Леон вывел ее на лестницу.

— Можешь отпустить мою руку, — едва вымолвила она, бледнея от страха.

Леон убрал руку с ее локтя и молча спустился в гостиную, не сомневаясь, что она последует за ним. На секунду Хелен задержалась на последней ступеньке.