Они под запретом

Вчера вечером она прислала мне сообщение в уточнением времени празднования, а сегодня поцеловала в щеку, чего ни разу не делала во время своего вежливого бойкота. Все совсем не плохо, — напоминаю я себе. — По-крайней мере, с сестрой все было не напрасно.

Идти к гостиной — это все равно, что шагать по шаткому мосту. Мысленно я готовлю себя к тому, что увижу их сидящими в обнимку, и по-настоящему выдыхаю, когда картина оказывается иной. Отчим стоит возле окна, Арсений — с ним рядом. Оба смотрят в телефон, который Петр держит в руке.

— Салам, Петр Алексеевич, — бодро здоровается Володя, заставляя мужчин обернуться. — И тебе здравствуй, друг Арсений.

Я расправляю плечи, так что начинает ломить лопатки, и встречаю его взгляд. Арсений смотрит на меня снизу вверх, словно прочерчивает невидимую линию, и фокусируется на глазах. Этих секунд слишком мало, чтобы найти в его лице ответы на мои вопросы. Ясно только одно: прятать взгляд и смотреть на меня так, будто мы едва знакомы, он не собирается.

Володя пожимает руки Арсению и отчиму, и сыну говорит сделать то же самое. Я вновь попадаю под гипноз происходящего: застыв, смотрю крошечная ладошка утопает в пальцах Арсения, и как он широко улыбается Ярославу. Против этого зрелища бессильны любые защитные барьеры. Слишком трогательно и красиво.

Я целую отчима в щеку, спрашиваю, как прошла его командировка. Посчитав, что окончательно оправился от последствий инсульта, Петр на неделю летал в Санкт-Петербург по делам.

Арсению, стоящему рядом просто киваю, и стараюсь не дышать слишком глубоко, чтобы случайно не уловить его запах.

— О-о-о, привет! — весело раздается за спиной.

Я знала, что Инесса рано или поздно появится, поэтому могу повернуться к ней без лишнего содрогания. Она обнимается с Дашей.

Это второй раз, когда я вижу ее в доме Авериных, но в отличии от первого сейчас все ощущается иначе. Тогда она была лишь гостьей, а сейчас… Ее босые ступни, торчащие из-под широких бежевых брюк и уютный вязанный кардиган гармонично вписываются в атмосферу домашнего празднования.

Я снова на нее злюсь. Что Инесса так легко забирает все, что мне дорого. Она нравится отчиму — это видно по тому, с каким одобрением он на нее смотрит, Луиза считает ее отличной девчонкой, и Радкевичи явно ей симпатизируют. И ее выбрал Арсений.