Охотник

 – Вы не посторонитесь?

Осмотрев дверь и замок, я под любопытно-удивленными взглядами женщины и детей отошел на три шага назад и, взяв короткий разбег, одним ударом ноги просто вырвал замок из гнезда. Ворвавшись внутрь, по привычке закричал:

– Всем лежать! Работает ОМОН!

За дверью мне попался мужичок с ноготок, форточник, как я понял. Он же, первым словив хороший удар по яйцам и коленом по лицу, распластался в позе эмбриона на полу в прихожей. Квартира была двухкомнатной в старом доме, так что я быстро по ней пробежался, оставляя за собой четыре стонущих, а то и скулящих тела.

– Видишь тот дом с барельефами на первом этаже?

– Ну, вижу, – прохрипел тот, пытаясь вырваться из захвата.

– Это хорошо. Так вот что я тебе скажу, Аркадий Львович Черемков, тысяча девятьсот двадцать девятого года рождения, трижды судимый вор-рецидивист по кличке Зипун. В этом доме живу я.

– В полной мере, – прохрипел тот, его лицо стало наливаться краснотой от напряжения.

В это время с утробным рыком влетел в комнату тот парнишка, которого я приголубил в прихожей, и с ножом в руках бросился к нам. Отшвырнув Зипуна на диван, я принял домушника и швырнул его на пол. После чего стал работать ногами. Когда из-под дивана стала виднеться только слегка подрагивающая окровавленная рука, я холодно посмотрел на вора и спросил:

– Надеюсь, мы пришли к консенсусу, и ваш интерес не будет распространяться на мою квартиру?

– Договорились.

Поставив ногу на край дивана, я достал платок и стал стирать кровь с ботинка, второй рукой незаметно извлек «макаров» из кобуры и показал его вору.

– Доставай, что там у тебя под подушкой.

Грязно выругавшись, вор бросил рядом со мной финку.

– О, перо, – я осторожно взял нож за лезвие, стараясь не оставить следов.

Завернув его в платок и убрав во внутренний карман, я сказал:

– Значит, так, если хату в… – Но вор прервал меня:

– Я понял, о чем ты. Однако мы не одни работаем по квартирам, если хату вскроют другие, ты к нам придешь. Мы-то тут при чем?

– Не считай меня за идиота. Я уже был у Сени, Двупалого, у Ромала и у Клыка. Они клятвенно меня заверили, что близко к моему дому не подойдут.