Двое среди руин

Провозившись с пару часов, я добился того, что она, став гораздо тяжелее, надежно вертится на ременных петлях. Кроме того, нужно как-то расчистить и подготовить запасной лаз, так хорошо нас выручивший в этой осаде. Для этого, забыв про усталость, мы соорудили веревочную лестницу, и, накрепко привязав один конец к плите наверху, сбросили остальную часть вниз. Теперь, вздумай подняться наверх, не нужно будет так рисковать, как это пришлось делать утром. Заодно, отогнав Угара от мертвой птицы, я принялся выдирать из нее перья — не пропадать же добру.

— Это заберешь?

— Принеси маленький топор. Да, кстати. Может, сходим к тому месту?

Ната отрицательно мотнула головой.

— Ни к чему. Я уже обрубила клыки у Бурого, и принесла сюда.

— Когда?"

"— На следующий день. Взяла твой лук, меч и сходила.

Я молча покрутил пальцем у виска… Ната рассмеялась.

— Да не было там никого! Тушу всю обглодали, и все. Они разбежались еще до моего появления. Зато я все принесла — и когти, и даже клыки.

— Ты и их вырубила? Ну и ну…

— Только ты не вешай их себе на грудь. Они такие большие — ты ходить не сможешь!

— Нет слов… даже ругаться. Нет, не повешу.

Досадное происшествие прервало тот виток в наших отношениях, который мог столь многое изменить… Вечером, искупавшись и смыв грязь и пот, я нерешительно подошел к Нате.

— Ната…

Девушка вся съежилась в острый и колючий клубок.

— Ты… Я…

Она резко отпрянула назад и, уже с безопасного расстояния, произнесла, стараясь не смотреть мне в глаза.

— Не торопись, ладно? Ты ведь обещал…

Я остался стоять на месте, не зная, что сказать на это. А Ната, проскользнув мимо, принялась готовить ужин Угару — пес давно и мечтательно посматривал на очаг.

Прошло два часа. Она ни словом, ни жестом не напоминала, что произошло между нами утром, и я, сгорая от стыда, страсти и сожаления, угрюмо улегся в свою постель. Ната еще возилась какое-то время, а потом тоже ушла к себе, загасив огонь в очаге.

Я чувствовал себя обманутым. Более того — взбешенным и оскорбленным! В очередной раз, эта девчонка оставляла меня на том же месте, что и раньше… Иными словами — в дурацком положении.